И не знаю, чего хочу больше: поцеловать ее или удавить собственными руками.
Если кто и должен объясняться, то точно не я!
- «Спасибо» твое где? Как минимум, - рявкаю зло. – Я жду, - упираюсь кулаком в стену возле ее головы и ловлю растерянный взгляд.
Угольно-черные длинные ресницы опускаются, кончиками слегка касаясь пунцовых щек, - и тут же взлетают вверх. Теперь уже влажные. На бархатной коже, которую так хочется погладить, остаются две едва заметные слезинки, дрожат и срываются вниз. Белоснежные ровные зубки беспощадно сдавливают нижнюю губу.
И я ослабляю кулак. Протягиваю руку к невероятно красивому лицу, очертив овал, двигаюсь вниз. Нажимаю большим пальцем на подбородок, заставляя Агату перестать истязать себя.
Ярость мгновенно выветривается, а напряжение между нами спадает.
- Ты прав, я действительно благодарна тебе за вчерашнее… - покрасневшие глаза устало смотрят на меня. И я наконец-то замечаю, насколько Агата разбита. Я старался обеспечить ей нормальный отдых, но разве возможно это, если ее ребенок в больнице?
Спускаюсь пальцами по тонкой шее вниз, ласкаю подушечками острую ключицу, а сам не прерываю зрительного контакта с чертовкой.
Словно потерять ее боюсь.
Меня заводит, когда она злится. Нравится, когда сдается и смягчается.
Однако это раскромсанное состояние, которое я наблюдаю сейчас, мне хочется срочно прекратить. Только не знаю, как.
- И я… погорячилась, наверное. Зная Ваську, я могу предположить, что история с «папочкой» произошла спонтанно и по ее инициативе, - шикарная грудь приподнимается и вздрагивает, выбивая из легких судорожный всхлип.
– Но… - Агата зажмуривается, подавляя плач.
- Агата, тише, прекрати, - я не приказываю. Скорее, умоляю.
Обычно у меня одна реакция на женские слезы – развернуться и уйти. Потому что они лживые, ненастоящие. Бабское средство влияния на мужиков. Я четко усвоил это, поэтому никогда не поддавался.
Только не в этот раз.
Очередной жалобный стон Агаты ломает нас обоих.
Обхватив горячие щеки ледяными ладонями, прижимаюсь к ее лбу своим.
Затаив дыхание, ловлю лихорадочные всхлипы - не двигаюсь практически.
Я не умею успокаивать баб, черт возьми! Проще свалить, чтобы не видеть заплаканного лица Агаты. Но почему-то не могу. Вместо этого невесомо касаюсь губами выступающей скулы.
Не понимаю, откуда во мне вдруг эта разрушительная слабость? Наверное, все проблемы от недосыпа и недо… недостатка женского внимания в последние дни.
