Подташнивать начинает. Не столько от забора крови – ее ведь нацедили всего ничего для крошки Василисы. Но от переживаний.
Беспокоюсь о пацанке, как о родном человеке, и сам себе удивляюсь. Без сомнений вызвался помочь ей и даже облегченно выдохнул, что моя группа подошла. Повезло.
Я слукавлю, если скажу, что не мелькнула в моей голове мысль Ваську тоже на родство проверить. Но я заставил себя забыть об этом. Хотя бы временно. Пока пацанка не поправится.
Агата права: я одержим. Скоро буду каждого встречного ребенка похищать и делать ему тест ДНК.
Но я в отчаянии, особенно после жестоких откровений чертовки в машине. Ее слова о том, что никакого ребенка у меня нет, убили меня, хоть сам себе в этом не признаюсь. Борюсь дальше. За иллюзию...
Однако прямо сейчас есть проблема серьезнее и важнее.
Василиска.
Осматриваю холл в поисках Агаты. И нахожу ее… чуть ли не в объятиях Доктора Зло. Сидят на стульях у стены и разговаривают. Лощеная медицинская морда за плечи чертовку берет. Но ее лица и реакции я не вижу – спиной ко мне сидит.
Зато замечаю, как докторишка взглядом ее поедает.
- Родила все-таки? – обрывки задушевной беседы доносятся до моих ушей. – Рад за тебя. И за мужчину, который решился все это принять.
Разумом четко понимаю, что надо позволить им договорить. Разобраться в своих прерванных отношениях. Не нужно быть Пуаро, чтобы сразу догадаться: они были близки. Возможно, настолько, что тройняшки – плод их совместной любви.
Тьху, мать их!
Я ведь никто для Агаты и ее детей. Навсегда останусь таковым.
Мне должно быть плевать и на ее прошлое, и на настоящее. И на детей чужих.
Но не замечаю, как неосознанно готовлю кулаки и тяжелым, громыхающим шагом направляюсь к воркующей парочке.
Нет, я, можно сказать, здоровьем рисковал ради ее дочери, а Агата глазки главному строит! Совесть иметь надо.
- Моя личная жизнь вас давно не касается, Макар Яковлевич, - звучит хлестко, как пощечина. Ого! Я замираю от неожиданности."
"Агата убирает с себя руки докторишки, чему я, несомненно, рад. Иначе сделал бы это сам, с парой переломов в качестве бонуса.
У меня был тяжелый день, и негатив так и рвется наружу.
- Я лишь просила пустить меня к дочери, - четко слышу, как ее поначалу грозная фраза срывается в всхлип.
И, как на автопилоте, оказываюсь рядом. Притягивает меня к ней, словно магнитом с противоположным полюсом. Раскрытая ладонь сама тянется к дрожащей фигурке, но в нескольких сантиметрах останавливается. Сжимаю руку до хруста костяшек и прячу в карман.
