А как ваша смена завершится, приходите в дальнюю комнату в крыле слуг, буду ждать. Вы мне оба давно приглянулись, — чары, идущие от невероятных глаз цвета фиалки, оплели сознание воинов, и облик Лоры теперь не отпустит их ни днём, ни ночью, заставляя жаждать прикоснуться к Соблазнительнице, соперничать ради неё, убивать. — Я только пока не решила, кто из вас мне нравится больше. Потому поступим проще: столкуйтесь между собой, кому я достанусь. — Договорив, скользнула по коридору дальше и замерла за углом в ожидании.
Мужчины простояли ещё пару секунд совершенно неподвижно, а после, будто очнувшись ото сна, повернулись друг к другу.
— Юлка, я тебя старше, я пойду к ней. Она моя!
— Нет. Ты женат, а я свободен и привлекателен, лучше побудь в сторонке.
Охранники с полминуты мерились взглядами, старший вояка чуть вынул острый клинок из ножен, недвусмысленно намекая… И вдруг молодой отступил: в откровенной схватке с бывалым воином ему не выстоять:
— Пит, да ладно тебе, чего сразу за меч браться? Пусть будет по-твоему.
Давай выпьем. За тебя и прекрасную служанку, — и, подхватив кувшин, протянул его старшему товарищу.
— Вот, молодец, — вернув наполовину вынутый клинок назад в ножны, улыбнулся Пит. И, взяв сосуд в руки, сделал несколько больших глотков. — Ох, доброе вино! — присосался ещё раз. И пока он пил, Юлка подступил к сослуживцу сбоку и сзади, и воткнул тому лезвие в шею.
Пит охнул, но закричать и позвать на помощь уже не смог: силы его покинули, и он грузно осел на каменный холодный пол, окрашивая серые плиты горячей кровью.
Юлка же успел перехватить кувшин с вином, чтобы тот не разбился. Стоя над коварно убитым собратом, он торжествующе оскалился и, отсалютовав Питу, пригубил вина. Не ощутив его странно-горьковатого, ядовитого послевкусия…
Лоерея просочилась в дверь первой комнаты из целого ряда, составлявших внушительные апартаменты Её Величества. Круглолицая луна равнодушно глядела через бойницу на замершую шпионку. Тела убитых стражников были спрятаны в дальней нише в тупике коридора.
Она могла бы и не убивать бедолаг, заворожить и приказать просто её пропустить в покои королевы, через минуту они бы и не вспомнили о ней. Но их кровь, такая сладкая и полная энергии, ей была жизненно необходима: мана хозяйки почти закончилась, а ведь Лоре ещё предстоит обратная дорога в Йорк. Поэтому пришлось. Главное, что о её поступке маленькая госпожа никогда не узнает. Слишком Одри добрая. И она странным образом нравилась Лоерее.
