К сожалению, до самой Одри добраться никак не удастся: Ульрих, старый прохвост, всё ещё жил в замке, а кроме него юную герцогиню охраняли и другие стражи, в том числе странно одетые воины, коих Аманида тоже успела приметить. А ещё…, сердце женщины сжалось в непритворной тоске: во дворце Йорков сейчас находился её сын. Карл Третий прибыл к герцогине на переговоры, что именно он с ней там обсуждает нетрудно догадаться, взять хотя бы те же магические светильники или целебные настойки… Аманида соскучилась по сыну, ей было жаль… словами не передать, насколько жаль, но её успокаивала мысль, что она сделала всё, дабы сберечь своего отпрыска от грядущей беды.
Господин обещал сохранить жизнь Карлу, и она верила слову хозяина.
За эти несколько дней королева успела вдоволь нагуляться по городу, она здесь никогда раньше не была, но, как это ни грустно, назвать Друидор захолустьем даже у неё язык не повернулся.
Оторвав взор от крыши святости, Её Величество резко развернулась, полы плаща облепили её ноги и разошлись в стороны — настолько стремительно королева двинулась совсем в другом направлении.
Лечебница. Вот её цель.
Выяснить распорядок дня священнослужителя и его помощников не составило труда: благодаря гриму и маскараду Аманида смогла посетить и школу, и лечебницу. В первом случае она притворилась родительницей, жаждущей отдать своё чадо в добрые руки учителей, во втором сказалась хворой с болями в животе. Лекари работали круглосуточно, двери местной больницы были открыты всегда.
Вот и сейчас Её Величество взошла по широкой лестнице и толкнула на вид тяжёлую дверную створку, которая легко распахнулась без единого скрипа, и никто ей не воспрепятствовал, никто не остановил. Никто не спросил кто она.
Свет в большой зале, где сидели страждущие, чуть ослепил.
— Доброй ночи! — к ней подошла приятной наружности девушка в белом халате и странном накрахмаленном чепце. — Меня зовут Нита, чем я могу вам помочь?
— Добрый, — кивнула Аманида, стараясь не морщиться от того, что ей не поклонились как положено и разговаривают, пусть и вежливо, но как с равной.
— Меня зовут леди Аманда, меня беспокоят рези в животе, сегодня утром я была у вас, мне дали какую-то настойку и сказали, что если боль снова вернётся, явиться сюда после полуночи, и, возможно, раббат Нолан или мисс Патрис Талли смогут меня принять. Они к ночи менее загружены, нежели днём.
— Раббат Нолан ещё не пришёл.
Лже-Аманда это прекрасно знала.
