Я их, конечно, не оправдываю, но, блин, это движение: меня трахнули несколько лет назад, я достигла с помощью мужика вершин и вот сейчас вспомнила, что страдала. Хочу отомстить за полученное или неполученное удовольствие. Можно подумать, им к голове пистолет приставили. Уважаешь себя — не спи за плюшки. А если уж переспала и прошло дохрена лет, молчи, не смеши людей. Одно дело насилие, другое обоюдовыгодный трах."
"— Ты же знаешь, это всего лишь ширма. По большому счёту таким способом избавляются от конкурентов и неугодных власть имущим людей.
Ну а дальше понеслась душа в рай. Народ-то хайп ловит от такой мерзости, да и наилучший способ отвлечь их от реальных проблем. Стратегия: разврати, закинь в их головы мусор, всегда безотказно работает с массами. Как говорится: пипл хавает дерьмо и счастливо улыбается. М-да, нравственность уходит в прошлое, а жаль, это путь к духовному разложению и полнейшей деградации людей.
— Не сгущай краски, нравственный ты наш…
— Увы, я ещё тот гнус. Но вспомнишь мои слова, вся эта хрень выйдет людям боком.
О, смотри, фотка, видно, что из кустов снимали. Я же говорил, что сенатор, знакомые лица! — хохотнул друг, обходя стол, садясь на против. — Могу разузнать из первых уст, причастен ли Уокер к гибели девушки. Даже если она и шантажировала, это не метод таким способом решать проблему. Короче, если это он, будем наказывать или доверим совершить возмездие богу?
— Саш, тебе что, делать нечего?
— Не, дел, конечно, дохрена. Но я за справедливость.
Не бойся, убивать не стану, пусть кается сам в своих грехах, я эту гниду — Бернарда Уокера — давно не люблю. — Тут на его смартфон пришло оповещение. — Приземлились. Кстати, она новую симку купила на Оливию.
— Я уже сделал переадресацию с телефона Оливии на себя, чтобы к Мире не приходили сообщения и они не могли созвониться до выяснения обстоятельств гибели девушки.
— Ты хотел сказать, пока всё не уладишь с этим, чтобы Мира себя не корила. Сто процентов, ты до того, как узнал о наркомане, переадресацию сделал.
— Разумеется, мелкая засранка свой телефон отдала погибшей, чтобы сбить со следа. Ай да Мирка, удивила, я непроизвольно улыбнулся, вспомнив, как она меня уделала.
— Ничего себе… — присвистнул Сашка.
— Что?
— Я давно не видел у тебя такой счастливой улыбки, всё звериный оскал. А тут…
— Тут невольно улыбнёшься, вспомнив Миры выходку.
— А я тебе чего говорил, выросла твоя девочка, превратилась в шикарную и умную женщину.
