А потом, его всегда раздражала понтовая речь приблатненных, из которых жаргонные словечки сыпались, словно горох из драного мешка. Подчас они даже не подозревали об истинном значении произнесенной фразы. А слова могли быть так же опасны, как неразорвавшаяся граната, и Бирюк мог припомнить случаи, когда блатные отрезали «сквернослову» язык.
– Признаю, в последнее время я действительно мало прибегаю к фене, но это совсем не говорит о том, что я перестал быть уркой! – резко возразил Бирюк.
– Об этом никто не спорит, но сейчас мы должны выбрать смотрящего, и от нашего выбора зависит, какой порядок будет на зоне, – невозмутимо продолжал Рослый.
– Не буду скрывать, что ты мне нравишься, Бирюк, но хочу, однако, заметить, что все-таки не настолько, чтобы ты стал смотрящим. Я – за Мишку! – твердо заключил он.
– Вот мы и определились, Бирюк! – Мякиш не мог скрыть торжества. – Смотрящий должен быть один! Порядок не терпит двоевластия! Мы же, в конце концов, не петухи, у которых может быть и папка и мамка.
Мне бы очень не хотелось, чтобы ты оставался в обиде. Признаюсь тебе, я очень жалею, что мы не смогли найти понимания в самом начале. Мы могли бы стать с тобой друзьями.
– Друзьями, говоришь? – поднялся Бирюк. – Не надейся! Будь смотрящим, но если сучиться станешь… спокойной жизни я тебе не обещаю.
Пойдемте, бродяги, больше нам здесь делать нечего!
Глава 42
– Правда, на том дело не кончилось, – хрипло продолжал Тимофей Егорович, но осекся, голос у него сорвался, на него опять напал приступ кашля, и Владислав терпеливо ждал, пока старик придет в себя.
Он встал, открыл холодильник, достал бутылку «Боржоми» и налил стакан. Тимофей Егорович выпил половину, кашель утих. Старик бессильно откинулся на подушки. – Да, совсем я плох. Видать, конец близко. Надо успеть тебе досказать все… Садись, Владислав, слушай. – Он помолчал. – Так вот, теми выборами смотрящего дело не кончилось. Мякиш после того, как зеки его поддержали, решил воспользоваться своей победой поскорее.
Ведь выбрали в смотрящие его не единогласно, с маленьким перевесом, да и то благодаря тому, что я троих колеблющихся в карцер спровадил вовремя, – словом. Мякиш решил Бирюка убить. Но поскольку Стасик Бирюк на зоне пользовался громадным авторитетом, он побоялся, падла, это сделать в открытую и своими руками. Он стал потихоньку подбирать себе команду камикадзе – из молодняка, из первоходков, чтобы их напустить на Бирюка. И вот что я надумал тогда.
