– Я знаю, – улыбнулась она ехидно.
– И как тогда…
– Стоп, – перебил я. – Это же гениально. Акеми, ты умница.
– Я знаю, – улыбнулась она уже мне, но весело.
– Не совсем понимаю, господин Аматэру, – удивился Мартин.
– У филиппинцев полно техники. Отличной американской техники, которой они один хрен не могут пользоваться, потому что те самые американцы им не позволяют. Мобильные доспехи и боевые роботы у них – мерило престижности, не более.
– И с чего бы им её тогда продавать? – спросил Одзава.
– Да потому что они ненавидят американцев. Намекните им, что мы тоже от тех не в восторге. И когда закончим с малайцами, нам будет очень некомфортно, что рядом столько их сил.
– Что-то вроде дружбы против общего врага? – задумался Мартин. – Нам даже на поклон к государству идти не придётся, хватит и королевских Родов.
– Правильно, – кивнул я. – К кланам вообще не суйтесь.
– Но почему? – не понял Одзава. – С кланами даже проще будет.
– Это личное, – усмехнулся я. – Кланы мне неинтересны.
Только если королевская аристократия в отказ пойдёт. Главное, никаких договоров. Не говорите им прямо, что мы собираемся что-то делать с американцами. Но… – замолчал я, обдумывая, как бы это сформулировать. – Но намекните, что Аматэру уже давно на них обижены.
Точнее, на один конкретный американский клан, но такие подробности филиппинцам не положены.
Ну а после того, как все разошлись, отправился выгуливать девиц. Рассказывать там особо нечего. Что Эрна, что Раха были на удивление… м-м-м… неувлекающимися натурами.
Да, магазинов мы посетили много, но надолго они нигде не задерживались. Пожалуй, единственное место, где мы стопарнулись, был музыкальный магазин. Даже в ювелирном девушки пробыли меньше, а в магазины одежды они и вовсе не заходили. Я предлагал, зная, как женщинам они нравятся, но Эрна только плечами пожала и задала один-единственный вопрос:
– Зачем? На заказ же одежда лучше получается.
Уж не знаю, Атарашики ли им по мозгам проехалась, меня ли они щадили или действительно так считали, но Раха кивком головы согласилась с подругой, и факт остаётся фактом – ни в один магазин одежды мы так и не зашли.
Сходили мы и в кино. Поначалу девушки преисполнились энтузиазмом, но уже на сеансе мне было заметно, как они осознали свою ошибку. Каюсь, но я тоже не сразу понял, что им там делать будет нечего – языка-то они не знают. Как-то на автомате выполнил их просьбу.