Это не мое дело.
Нервный смешок вырвался у леди Боттомли.
— Как вы можете быть такой терпимой? Как можете не поносить меня за мои грехи и мою трусость? Ведь все это случилось из-за меня. Мне следовало самой заплатить за свой поступок, а не ждать, чтобы это сделал Эппи. Прошу вас, мисс Темпл, пожалуйста, отпустите его. Не используйте мою ошибку, чтобы поймать его в ловушку. Он будет несчастен и сделает несчастной и вас. Поверьте мне, выйти замуж за незнакомца ради титула и состояния — это роковая ошибка.
Иззи на мгновение лишилась дара речи. То, что кто-то может считать, что она манипулирует лордом Блэкуортом, не приходило ей в голову. По правде, говоря, вся эта история с каждым днем становится все запутаннее. Улыбаясь, Иззи похлопала по дивану рядом с собой, приглашая леди Боттомли сесть.
— Не вижу причин для увиливаний и недоговорок между нами, миледи. Поскольку только мы трое знаем, что произошло на самом деле, вы можете принять участие и в остальном. — Она замолчала, когда раздался стук в дверь.
После того как Спирс оставил переполненный чайный поднос, Иззи налила чашку леди Боттомли.
— Пожалуйста, выпейте чаю, миледи. Напрасно вы так переживаете. Мы с Джулианом все уладили к нашему обоюдному удовольствию.
— С Джулианом?
Взгляд ангельского недоумения на лице гостьи заставил Иззи покачать головой. Неужели у этой женщины нет ни одного непривлекательного выражения?
Поборов укол зависти к совершенству леди Боттомли, Иззи решила любоваться ею, как любуются изысканным цветком или прекрасным закатом.
Селия была послана на землю, дабы услаждать взор.
Иззи заговорщически улыбнулась Селии:
— Я просто переименовала мужчину. Теперь он будет известен как Джулиан. Это его второе имя, оно гораздо красивее, чем первое.
— Вот как? О, ну да. Мне тоже оно очень нравится. — Селия устремила на нее оценивающий взгляд. — Какая вы необычная, мисс Темпл. Мне никогда бы не пришло в голову переименовать мужчину.
Вы всегда придумываете что-то новое для своих знакомых?
— А почему бы и нет? Я и для вас придумаю, если хотите. Кем бы вы хотели быть, птицей, свободной как ветер? — Она шутила, но внезапно вспыхнувшая в глазах женщины тоска поразила Иззи.
За ее изысканной внешностью скрывается не только ясный ум, там живет и боль. Иззи посерьезнела и тихо проговорила:
— Никто вас толком не знает, не так ли, миледи?
— Возможно. — Селия отвела взгляд.
