Дождь пошёл на убыль, начался вечер, серые тучи излили из себя всё, что принесли и теперь висели над головой как пустые бараньи курдюки. Земля превратилась в кашу, чавкала под ногами.
Смеркалось.
Бежать не могли – тащились как подраненные лоси. Непогода препятствовала боевым действиям, но к сумеркам снова разгорелась канонада: гулко ухала дальнобойная артиллерия. Какофония звенела в ушах, на её перестали обращать внимание, потом стало тихо, ну и это отметилась мимоходом. Тишина, как и грохот канонады, могла означать что угодно.
Плотная изморось висела в темнеющем воздухе. Группа шла по ничейной земле – здесь не могло быть войск. Буреломные леса сменялись дебрями кустов, учащались канавы, остро тянуло аммиачными испарениями. Теперь приходилось выверять каждый шаг, чтобы не сверзиться в трясину. Мокрая одежда вставала колом.
Впереди возникла речка по видимому мелкая, заваленная топляком, шириной не больше десяти метров. За рекой вздымался склон, на его вершине, среди деревьев, выделялись утлые постройки – возможно, за рекой была деревня.
Искать подходящее место для переправы было некогда – настанет темнота и уже точно не переправишься.
– Вперёд мужики!.. Вооружайтесь шестами, проверяйте глубину. Пройдём – мокрее уже не станем.
Люди брели по воде, путались в топляке, перелезали через деревья, загромоздившие русло. Ахнул Кошкин, уйдя под воду – нашел таки свой омут. К нему метнулись вдвоем, схватили за шиворот, тянули как «лебедь, рак и щука» пресловутый воз. Герасимов тоже оступился – душевно хлебнул! С приключениями выбрались на отмель, двинулись к берегу.
Почти стемнело, пока бултыхались.
Тянулись по склону, точно инвалиды, но когда пролаяла автоматная очередь – все дружно повалились, схватились за оружие. Пули прошли над головой, застонал Кошкин – что, опять? – это же не сносно! Спрятаться было негде, но с каких, интересно, пор немцы сидят в засадах с советскими ППШ, которые только начали поступать в войска.
– Эй, кретины!.. Прекращайте!.. Своих перебьёте! – вскричал Шубин.
– Совсем умом тронулись?
А чего вы тут ходите? – последовал с косогора невозмутимый ответ. – Все наши уже дома, а по лесу шатаются только чужие.
– Ну, это Петруха, не совсем так… – возразил невидимый соратник. – Окруженцы часто по лесам болтаются, разведка опять же…"
"– Вот именно! – проворчал Глеб. – Лейтенант Шубин, разведка 845-го полка. Со мной мои люди, возвращаемся с выполнения задания. Мы правильно пришли?
– Правильно, товарищ лейтенант! – засмеялся боец.
