— Серьёзно? — Глаза Петровой сужаются, а лицо перестаёт быть бледным. Да и чёткость теряет тоже. Я даже несколько раз быстро моргаю, пытаясь восстановить резкость.
— Может, если бы я… то... ты… — Неожиданно мой язык становится неповоротливым.
В прямом смысле. К нему как гирю привязали. Да и всё перед глазами слишком быстро теряет резкость. Что за?..
Но и испугаться я не успеваю. Страх вспыхивает лишь на секунду, а потом его топит в ощущении жуткой усталости. Мысли голове уже вязкие. Тело окутывает тяжёлое тепло.
Я говорю. Я точно говорю, потому что чувствую: мои губы шевелятся. Только я не слышу своего же голоса.
Что-то не так… Точнее, всё не так. Мир перед глазами крутится. И через гул в ушах я различаю голос Полины. Он звучит странно, словно его включили на зажёванной аудиопленке.
— Везу, да. Доплата за внезапность тоже будет. Всё, как договорились. Ну почти... Моргает через раз. Вижу, что отрубается.
Я хочу встать. Пытаюсь дёрнуться и закричать, но меня будто бетонной плитой придавливает, когда слышу жуткий, протяжный бас:
— Спи уже, овечка Анечка.
Спи.
Глава 48. Тим
Глава 48. Тим
«Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети».
Я швыряю телефон на кровать, в складки смятого одеяла, и сам усаживаюсь туда же. Что за чёрт? Почему я слушаю этот долбаный голос? Какого хрена у Ани уже четвёртый час срабатывает только автоответчик?
Я опять беру в руки записку, оставленную для меня на тумбочке. В десятый раз читаю текст, выведенный каллиграфическим почерком.
«Тим! Доброе утро. Не стала тебя будить, ты храпишь слишком сладко. Я съезжу в академию, напишу заявление на отчисление. Добровольно. Не дам Петровой насладиться своим триумфом. Сделаю это сама.
Потом домой за вещами. Мама сегодня должна быть на дежурстве. Надеюсь, замки она не поменяла. Ха-ха.
И если ты ещё не передумал, то я готова уехать. Прямо сегодня. Неважно куда, главное, с тобой. Я всё для себя решила».
Провожу большим пальцем по улыбающемуся смайлику, нарисованному в конце.
Аня, конечно, молодец, что всё решила.
Только на кой чёрт уехала без меня? А идея отправиться домой в одиночку вообще равна безумию. И почему до сих пор она не включила свой телефон? Хрен уже с этим приложением слежки. Нужно было удалить его сразу, как только мы уехали из Богудонии.
Сжав челюсть, откладываю записку на тумбочку и просчитываю в голове время…
Проснулся я около одиннадцати утра. Названивать Ане принялся примерно через час. Сейчас почти четыре вечера.
