Но стоит только взглянуть на экран, как сон мой испаряется.
Я вижу сообщение от Тимура:
«Спишь?»
Удивлённо хлопаю ресницами. Почему удивлённо? Потому что сегодня я и Тимур уже общались. И около семи вечера Горин, зевая мне в голосовом сообщении, отрапортовал, что собирается лечь спать. А зевал он очень убедительно.
«Нет. А ты почему не спишь?»— пишу с задумчивым смайликом в конце.
Парочка мгновений, и я уже читаю ответ Тима:
«Планы изменились. Ты можешь сказать мне свой адрес? Я рядом с твоим районом.
Хочу заехать и отдать тебе тетради».
Мои глаза округляются. Даже перечитываю сообщение несколько раз. Это шутка?
«Если, конечно, они ещё нужны»,— летит вдогонку ещё одна эсэмэска.
Подскакиваю на ноги, крепко стиснув телефон в руке, а сердце уже стучится в рёбра. Тимур хочет заехать ко мне? Прямо сейчас? Вот в этот момент? Мне нужно лишь написать ему адрес, да?"
"Нервно принимаюсь метаться от стола к кровати и обратно. Я совершенно забываю, что только что собиралась спать и что уже третий день на меня наложен домашний арест.
Желудок сводит от ощущения страха и трепета, когда, пометавшись по комнате туда-сюда, всё же пишу свой адрес Тимуру и сразу же получаю от него ответ:
«Буду ждать у подъезда через пять минут».
Пять минут! Всего триста секунд, чтобы перестать трястись как осиновый лист и встретить Тимура так, будто бы меня действительно интересуют лишь мои тетради.
Но какие там, к чёрту, тетради! Я не думаю о них, когда впопыхах натягиваю на себя вместо пижамы джинсы и толстовку.
Спотыкаюсь в коридоре и едва не рассекаю себе лоб об угол вешалки, когда стаскиваю с неё ветровку. Забываю надеть носки, поэтому кроссовки натягиваю на босые ноги. И, прежде чем выскочить из квартиры, притормаживаю перед зеркалом на стене коридора. Вижу в нём своё отражение, и мне оно не нравится. Цвет лица какой-то серый; сухие, потрескавшиеся губы; фиолетовый оттенок под глазами, а волосы хаотично разбросаны по плечам.
Скривившись, с досадой стаскиваю с запястья резинку и быстро завязываю тугой хвост на затылке.
Еще бы смазать губы хоть какой-нибудь гигиенической помадой, но уже не до этого — телефон в кармане вибрирует вовсю.
Со своего этажа я спускаюсь, перескакивая по несколько ступенек подряд. Ноги сами несут меня вперёд. И останавливаюсь я, лишь когда за моей спиной с тяжёлым стуком закрывается дверь подъезда.
