Боже… Он и правда сделал все это для меня, а я, вместо того чтобы поцеловать его в благодарность, начала его ругать?
Я ужасная. Как он терпит-то меня?
Бегу вниз, спускаюсь по ступенькам и замечаю Тимура, сидящего на одном из диванчиков.
Тихонько подхожу к нему, обнимаю сзади, и целую в щеку и шепчу совсем негромко:
– Спасибо. Я тебя очень люблю.
Глава 27
ТимурУ меня вырастают крылья с тех самых пор, как Саша сказала мне самые заветные слова. Любит. Я мог только надеяться, а она… Люблю, говорит.
С ума сойти можно.
Эти слова дарят такое количество эмоций, что у меня и щеки от улыбки трескаются, и грудная клетка от ударов сердца ломается, и душа разрывается от количества счастья внутри нее.
– И я тебя очень люблю, Саша, – отвечаю ей сразу же, не раздумывая ни одной лишней секунды.
И вдруг мне кажется, что у нас точно все будет хорошо теперь. Потому что любящие друг друга люди ведь всегда могут все преодолеть, правда?
– Поможешь мне с переездом? – шепчет она на ухо, и я понимаю, что наконец-то сдалась и приняла подарок.
С переездом – конечно. Жаль, что она имеет в виду школу, а не мою квартиру. – Хочу оформить каждый класс под разный язык. Класс итальянского под Италию, китайского в стиле Китая, ну и так далее. Для лучшей атмосферы. Как идея?
– Мне нравится. Теперь тебе надо срочно искать кучу других учителей?
– Да, – кивает она мне, все еще обнимая и прижимаясь своей щекой к моей. – И объявлять о наборе новых групп. Думать над расписанием, над формированием групп…
– Ты справишься, Саша.
А я всегда помогу, ты же знаешь?
– Знаю.
* * *Теперь она и правда не боится пользоваться моей помощью. Мне льстит. Весь следующий день, как только я освобождаюсь с утренней тренировки, мы занимаемся тем самым оформлением кабинетов. Саша объявляет всем родителям о переезде, но никто не возмущается, все только рады такому расширению. В честь этого она дает всем пару выходных дней, чтобы подготовить новое место, и мы, вместе с ее учителями, тусуемся в новой школе.
Оформляем классы, как Саша и хотела, и когда я вешаю под потолок китайские фонарики, ловлю себя на мысли, что готов все что угодно делать для этой девушки. Вообще все.
Помогаю ей продать всю мебель, что осталась в тех классах, потому что, как выяснилось, это все тоже было приобретено ею. И она еще смеет говорить, что ничего не добилась!
Саша все еще заметно в шоке, но уже в приятном.
