– Боже, что за смена?! – хватался за голову врач. – Не роддом, а хор Турецкого!
– Эй! – позвала меня «солистка». – Ты кого родила?
– Мальчика, – выдохнула.
– И я! А как назовёшь?
– Кирилл.
– А что? Красиво! Я тоже так назову! Не в обиде?
– Да, нет, – еле слышно пробормотала. Губы не слушались, глаза стали закрываться, и сил отвечать, совсем не осталось.
Это было похоже на сон. Потому что было легко и хорошо. Кирилл бегал по зелёной лужайке, пиная маленькими ножками мяч. Я сидела на пледе и перебирала волосы мужчины, голова которого лежала на моих коленях, и любовалась успехами своего сынишки.
Кирилл запнулся и упал, но тут же по лужайке разнёсся его заливистый смех. Теперь он начал кататься по траве. Кажется, его сегодняшняя одежда стирке не подлежит.
– Он такой забавный!
– И так похож на тебя! – ответила и посмотрела в голубые глаза… Мартина?
Резко проснулась и дёрнулась, но встать не смогла. Руки были замотаны, и я не могла ими пошевелить! Более того, я не могла встать, оказавшись привязанной к кровати, изо всех сил пыталась вырваться, но ничего не получалось.
Хриплый крик вырвался из сухого горла, и я не узнала собственный голос. Билась, пытаясь освободиться. Выцепила взглядом людей в белых халатах. Их лица были закрыты масками. Я кричала, чтобы меня отпустили. Резкая боль обожгла правое бедро и по телу начало разливаться тепло. Силы слабели. И я опять начала проваливаться в непонятное состояние между сном и реальностью.
Чей-то разговор доносился до моего слуха, но смысл слов ускользал.
Цеплялась сознанием за реальность, но видимо укол подействовал, и я уснула.
***
Я так и не поняла, что меня разбудило. Попробовала пошевелить руками – они всё так же были привязаны.
– Ч-ш-ш! Не шуми! Всех разбудишь! – услышала я возле себя противный шёпот."
"Резко открыла глаза и уставилась на женское лицо. Белые волосы были почти до плеч и торчали в разные стороны. Прямой нос, тонкие губы, и небольшие морщины между бровей говорили, что их обладательнице не так уж и много лет.
На улице была ночь, но яркая полная луна заливала комнату светом, и фонарик на телефоне, который держала в руках незнакомка, позволял разглядеть её.
Она направила свет мне в лицо, и я невольно зажмурилась.
– Молодая совсем, – донеслось до меня, и свет перестал бить по глазам.
– Кто ты? – спросила пересохшими губами.
– Яра.
– Где я?
– А сама что не поняла ещё? – усмехнулась Яра.
Я обвела взглядом пустую комнату.
