Богатырь, полностью здоровенький. Вес три пятьсот. Повезло, что всё закончилось благополучно. Но ты слишком слаба сейчас, даже не помнишь, наверно, как отключилась?
— Нет, не помню, — удивляюсь я.
А ведь и правда не помню.
Рустам дарит мне ласковую улыбку, коротко прижимается горячими, влажными губами к виску, утешая:
— Не волнуйся, его нам немного позже принесут. Ты должна была отдохнуть.
— Он хорошеньки? Красивый?
— Он самый лучший ребенок на свете! Ты даже не представляешь, как сильно мой сын похож на меня.
Он — моя крохотная копия. Видно даже издалека.
Я сейчас разрыдаюсь от счастья. По щекам уже заскользили первые слёзы.
— Эй, эй! Малышка, ну ты чего?!
Рустам быстро растер слезинки пальцами.
— Просто… просто я очень счастлива. Вот и плачу."
"Вместо ответных слов, он притянул меня к себе и крепко обнял.
— Люблю тебя, Мия. До беспамятства. До дури. И я… хочу, чтобы ты стала моей женой.
— Что? — выпутываюсь из жарких, ароматных объятий, вопросительно глядя в восхитительно прекрасные глаза, мерцающие серебром.
— Ты согласна?
— Боже… я…
Я не знаю как на это реагировать!
Мне не послышалось?
— Выйдешь за меня замуж? Станешь моей женой, Мия? — настойчиво продолжает повторят Айдаров. Его рука тянется в карман пиджака, оттуда он вытаскивает маленькую, бархатную коробочку.
Дух захватывает…
Неужели готовился заранее?
Я не верю, что всё, что происходит сейчас, происходит со мной на самом деле. Страшно волнуясь, я открываю коробочку и вижу там золотое кольцо с большим, блестящим камнем.
Оно же стоит целое состояние!
Рустам аккуратно берет мою руку и надевает на мой палец это сияющее сокровище — символ его вечной любви ко мне. Я снова плачу, не в силах контролировать свои эмоции. Но эти слезы такие приятные! Потому что это… слезы счастья.
Я просто бросаюсь ему на шею, обнимая крепко, будто одержимо, а потом нежно шепчу на ушко:
— Да. Я… согласна.
Глава 31.
— Ну, сладенький карапузик, иди к мамочке.
Вот и настал самый важный, жутко напряженный момент.
Акушерка, улыбаясь, протягивает мне крохотный комочек, завернутый в голубое одеяльце.
Дрожащими руками я принимаю его из рук женщины и испытываю просто невообразимый всплеск чувств. Он такой крохотный, что страшно к нему прикасаться! А вдруг уроню?
— Не бойтесь, смелей. Ваш папочка не был таким робким, быстро освоился.
— Что? — удивленно спрашиваю я, всё-таки принимаю из рук акушерки новорожденного, всматриваюсь в его миниатюрное личико. Он выглядит как пупсик.
