— Спокойно! Успокойся… Разве я мог тебя бросить одну? Я бы рехнулся от ожидания! Легче было бы застрелиться, чем бродить туда-сюда по коридорам больницы, не зная, что там за дверью родзала с тобой происходит.
— Фух, — я напряженно выдыхаю.
Рустам улавливает, о чем именно я волнуюсь.
— Зачем ты вообще об этом думаешь, женщина?! Это был мой выбор.
— Потому что роды… это зрелище вообще не для мужчин!
— А-а! Понял, к чему ты клонишь, — обворожительно усмехнулся миллиардер. — Думаешь не захочу тебя больше? Ошибаешься.
Наоборот, с каждым днем я желаю тебя только сильней. Я не мог дождаться, когда твой пузожитель покинет уютное местечко, ведь я соскучился за тем, чтобы как следует тебя трахнуть! На последних месяцах приходилось сдерживаться… Ты же знаешь какой у меня аппетит. Но я боялся навредить малышу. А так хотелось быстро и… жестко, — темные брови Айдарова лукаво изогнулись. Рустам мне игриво подмигнул.
Я запылала сильней, но уже не от стыда, а от смущения.
— И не такое видал. Но я туда не смотрел. Я смотрел лишь на тебя, — честно признался он, я всё же выдохнула.
— И вообще, зачем мы начали тему секса именно сейчас?
— Да, ты прав!
Я осмотрелась по сторонам, как вдруг заметила, что моя кровать буквально обложена цветами. Пышными розами разного сорта и оттенка! Чисто в ботанический сад, блин, попала.
— Ничего себе, — почти уронила на пол собственную челюсть.
— Не удержался.
Господи, как же они прекрасны!
Рустам знает насколько сильно я люблю цветы и решил таким образом порадовать в честь того, что я подарила ему сына?
Я поражена.
Но немного взволнованна, ведь наверно скоро сюда принесут нашего малыша. Хоть розы не имеют резкого запаха, но их лучше убрать.
— Спасибо за цветы, они превосходны, но их нужно немедленно отсюда убрать, а комнату проветрить. Вдруг у малыша аллергия.
— Прости, малыш, ты права, — загадочно улыбается Айдаров, — я просто не удержался. Ты даже представить себе не можешь, насколько сильно я счастлив и благодарен тебе за сына!
Рустам опять набрасывается на меня и сладко мучает всю меня напористыми поцелуями.
Щеки, губы, даже нос… все мое лицо покраснело от того, с каким жадным напором он меня целовал.
Я резко вспоминаю о самом главном!
— Где наш сын? — взволнованно спрашиваю, ладошкой отстраняя от себя Рустама.
— Не волнуйся, им сейчас занимаются няни и врачи.
— Что такое! — вскрикиваю, переживая. — Он болен?! Пострадал?
— Тише женщина, отставить панику, — Рустам накрывает мой рот ладошкой, — с ним всё хорошо.
