Я занес Нану в свою комнату, бережно, чтобы не разбудить, уложил на кровать. Она сладко потянулась вслед за моими руками. Блядь, хочу ее – хоть умри!"
"Чтобы не наделать глупостей и не поддаться искушению, быстро вышел и еще пару минут стоял в коридоре, чтобы хоть немного успокоиться. И только потом, без предупреждения – всегда так делал – вошел в комнату Лизы. К счастью, она еще не спала: по привычке валялась в постели и читала. Мое появление ее не удивило, чего нельзя сказать о заметной выпуклости в штанах. Избавиться от стояка не помогли даже попытки думать о финансовых отчетах.
— Не спрашивай, потому что ответ тебе не понравится, - предвидя ее реплику, сказал я.
Лиза хихикнула в кулак.
— Слушай, даже я не могу быть настолько лесбиянкой, чтобы игнорить такой… выдающийся экземпляр.
— Просто молчи и слушай.
Она замолчала. И чем больше я говорил, тем больше хмурилась. Я не обращал внимания, просто наговаривал указания, точно зная, что ей не нужен блокнот, чтобы запомнить.
— Даже ты не можешь быть такой сволочью, Р’ран, - сказала она, когда я закончил.
— Я и есть такая сволочь. Странно, что ты этого не поняла за годы работы плечом к плечу.
— Ты же в курсе, что люди, даже если они не лунники, не пешки на шахматной доске? Им больно и плохо, когда их используют.
— Поверь, ей понравится, - отмахнулся я от «голоса совести».
— Сомневаюсь. Судя по тому, что я видела, твой брат ей не безразличен, и тот факт, что Нана еще девственница…
— Хватит! – рявкнул я. Проклятье, я ведь никогда не повышал на нее голос, я вообще крайне вежлив с женщинами, если только их не зовут Адэла «Сука» Шад’Арэн.
– Лиза, я отдаю указания, ты – выполняешь.
— Я больше не твоя помощница.
Этот ответ входил в список возможных оговорок, о которых я тоже успел подумать.
— До двенадцати ноль ноль утра, Лиза, ты еще моя помощница. Поэтому вытаскивай свою хорошенькую задницу из постели и приступай к делу.
Она упрямо поджала губы и скрестила руки на груди.
— Что?
— Нана – она тебе нравится? Потому что если нет, то я и палец об палец не ударю, чтобы превратить ее в сахарную кость, которой ты будешь дразнить брата.
Ох, женщины, почему с ними всегда так сложно? Почему во всем и всегда должны быть симпатия, любовь? Почему простое человеческое желание потрахаться или потрахать кому-то мозги уже ничего не значат?
— Ну конечно она мне нравиться, - не моргнув глазом, соврал я. – Просто подыхаю без нее!
— Ну ты и мудак, - обреченно пробормотала Лиза и все-таки выбралась из-под одеяла.
