— Р’ран, пожалуйста! – взмолилась она.
— Пожалуйста… что? – Я медленно согнул пальцы, направил их в сторону живота, нащупывая крохотный комок нервов. Одно касание – и Шпилька вскрикнула, ошеломленная. О да, моя заноза, этот сюрприз я берег на самый крайний случай. – Я не слышу, малышка…
— Я хочу тебя, - выдохнула Нана, и я «похвалил» ее легким потиранием волшебной точки. – Хочу, Р’ран, хочу…
Если бы я не был и так окончательно сведен с ума ее видом, то теперь было самое время стать безумцем.
— Раздвинь ноги, - потребовал я резко, не в силах отвести взгляд от ее влажных складок, плотно, жадно сжимающих мои пальцы.
Пусть перестанет уже себя контролировать, пусть выплеснет злость и страсть, потому что ей это нужно даже больше, чем мне. – Нана, я не буду повторять дважды и очень даже могу отправить тебя спать без сладкого.
Она колебалась всего мгновение, а потом послушно развела ножки, раскрываясь передо мной, словно раковина. Я помешан на ней, определенно, потому что сейчас едва могу держаться, чтобы не кончить от одного вида этой безупречной промежности, гладкой кожи, алых отпечатков моих ладоней.
Я невольно наклонился вперед, целуя самые яркие следы. Кожа под моими губами оказалась горячей, пульсирующей.
— Прости, что сделал больно, - шепотом, в тайне надеясь, что Нана не услышит, пробормотал я.
Она услышала, потому что тут же расслабилась, немного поплыла подо мной, и – о, боги! – подарила мне самый соблазнительный, полный страсти и похоти стон. Я почти чувствовал, как кровь в венах превращается в адреналин, с каждым ударом вколачивает в мое сердце порцию безумия.
То, что со мной делает эта женщина, не случалось испытать ни одному мужчине ни на том свете, ни на этом, и плевать я хотел на то, что это звучит как полный бред."
"— Я твоя, мой Хозяин, - мурлыкнула моя кошка, наслаждаясь тем, что мы оба знали: не я покорил ее, а она позволила себя подчинить.
— Я собираюсь сделать так, что ты вся будешь переполнена мной, малышка, - наслаждаясь самыми грешными своими фантазиями, пообещал я.
Мои пальцы были охренительно мокрыми, и я сделал то, что давно хотел сделать: сжал ладонь в кулак и несколько раз прошелся ею по своему стояку. Горячо, влажно. Твою мать, я успел умереть и воскреснуть, пока ждал этого момента, и точно знал, что мне еще не раз придется почувствовать что-то подобное. Живот скрутило от желания, яйца стали тяжелыми, чуть не ныли от того, что все это время я, как долбаный девственник, засыпал с каменным членом.
