А это значит, я снова буду спать без сновидений, и ночь больше не будет наполнена сладкими запахами и звуками. Это было очень символично. Все рано или поздно кончается.
Глава тридцатая: Нана
Утро выходного дня началось тяжело. Накануне я снова промучилась с тошнотой. Мне было так плохо, что Марго дважды порывалась вызвать «скорую», но в конечном итоге мой желудок успокоился и я, затолкав в ноздри вату, забралась под одело, чувствуя себе злой и обессиленной. Я спала и во сне проваливалась в бесконечную черную пропасть, где не было ничего, кроме пустоты, которая, словно водоворот, засасывала меня глубже и глубже, туда, где огромными алыми буквами горело число «семь».
Именно столько дней Р’ран не давал о себе знать: ни сообщений, ни звонков, никаких признаков того, что он вообще помнит о моем существовании.
Я подготавливала себя к этому сценарию развития наших отношений каждый день и каждый час, но все равно проигрывала в поединке с болью. Иногда мне казалось, что еще немного, капелька отчаяния – и мое сердце просто взорвется, как надутый пакет из-под чипсов.
Но каким-то чудом оно продолжало биться: час за часом, день за днем.
Марго с самого утра ушла в аптеку, сказав, что моя тошнота за пределами всего разумного, и она обязана что-то сделать, прежде чем связать меня и отправить в больницу. Я даже не сомневалась, что она всерьез рассматривает такой вариант, а не говорит ради красного словца."
"Когда в дверь позвонили, стрелки часов перевалили за одиннадцать утра, и я даже не представляла, кто бы мог появиться в такую рань.
На всякий случай накинула халат в пол, пряча под ним фланелевую пижаму в радугах и единорогах. Как ни странно, ее подарила Аврора, и, несмотря на явно детский вид, пижама была произведением какого-то модного дизайнера. Меня вполне устраивало то, что она мягкая, теплая и из натуральной ткани.
На пороге стоял Р’ран.
В безупречном, дорогом черном костюме, темно-синей рубашке, и с подстриженными волосами. Первую минуту я пыталась сосредоточиться хоть на чем-то, чтобы удержаться в этой реальности.
Ему идет эта новая прическа, хотя, сомневаюсь, что в мире существует хоть что-то, способное испортить моего монстра.
— Собирайся, - коротко и резко скомандовал он, вторгаясь в дом с видом человека, который очень торопится.
— Куда? – машинально спросила я, и тут же мотнула головой. – Как у тебя…
— Я сказал, собирайся. Что именно тебе не понятно?
Зачем же так грубо.
