Я ненавижу ее… Мне так больно, так больно,
Арина захлебывалась слезами, рассказывая это. Путаясь в подробностях, возвращалась и начинала пересказывать снова. Наталья слушала дочь молча. Наконец та выговорилась, застыла и опустошенно уставилась в одну точку.
Что тут было сказать?
Можно было припомнить дочери тот их последний разговор перед свадьбой отца.
«- Она научила меня тому, чему ты не могла научить никогда!
- И что же это?
- Умение поставить себя так, чтобы тебя все уважали. Вот Ксения умеет правильно вести себя.
- Я желаю, чтобы это умение принесло тебе счастье."
"- Можешь в этом не сомневаться! У меня в жизни все будет замечательно. Не вижу причин для скепсиса, мама».
Спросить, принесло ли это ей счастье. А смысл?
Наталья тихо проговорила:
- Теперь ты знаешь о жизни больше.
Арина наконец вытерла мокрые щеки и взглянула на нее.
- Как ты все это выдержала, мама?
Она пожала плечами.
- Как видишь.
- Ты… - Арина облизала губы. – Железная женщина. Хотела бы я тоже быть такой, как ты.
Ничего не чувствовать? Ведь такого мнения о ней всю жизнь были Проничевы. Если она не кричит и не плачет, когда ей больно, значит, ничего не чувствует. Наталья никак не стала это комментировать, сказала только:
- Не стоит сожалеть о том, кто так легко тебя бросил.
Арина уткнулась в ладони и снова разрыдалась. Плакала долго, с подвыванием.
- Ты уже сообщила отцу? – спросила Ната, когда дочь успокоилась.
- Ну что, мама? Нет, пока, я же не могу сказать ему это так сразу...
- Угу, - кивнула она.
- Ты ешь, ешь давай. Я заварю тебе чаю. Или лучше кофе? Что хочешь?
- Я не знаю… - начала Арина.
И в это время раздался звонок в дверь. Наталья обернулась. Это же Глеб! Она пошла открывать.
- Проходи, - улыбнулась ему.
А Глеб с порога понял. Нахмурился, спросил негромко:
- Что случилось? Кто у тебя?
Но Арина уже вышла в прихожую. Покосилась на Глеба и настороженно произнесла:
- Кто это, мама?
- Это Глеб Покровский, он мой хороший друг.
Арина фыркнула, задрав нос.
- А папа об этом знает?
- Мы с твоим папой в разводе, - спокойно проговорила Наталья.
– Его моя жизнь не касается.
- Я. Поняла, - бросила Арина и демонстративно вышла.
- Одну минуту, девушка, - резко рявкнул Глеб. – Задержитесь там.
Обернулся к Нате:
- Я сейчас. А ты не нервничай, да?
И вышел следом.
В межквартирном коридоре он нагнал девицу в два шага.
- Постойте, девушка! Невежливо уходить, когда к вам обращаются.
Та остановилась и уставилась на него исподлобья.
