— И что ты предлагаешь?
— Предлагаю поехать в Лондон. По словам твоего информатора, Элизабет живет в Холидей-Хаусе. А мы поселимся в городском доме Эдмунда. Слава Богу, что хоть об этом твой брат позаботился.
Даже не измененное, завещание Эдмунда гарантировало им это. Мейсон получил приличный годовой доход и пожизненное право занимать свои апартаменты в каждом из многочисленных домов покойного брата.
Но Эдмунд собирался дать им больше.
И Мейсон намеревался любым способом получить все, что они заслуживали.
— Когда будем в городе, — продолжала Френсис, — наймем человека, который бы следил за ними.
Рано или поздно мы дождемся своего часа.
Мейсон удивленно приподнял бровь:
— Не хочешь ли ты сказать…
— Я хочу сказать только то, что мы и без того знаем: мальчик — не сын Эдмунда. Ты должен стать графом, а не какой-то бастард, неизвестно от кого рожденный.
Эдмунд никогда не называл имя настоящего отца Джереда, а Мейсон этим не интересовался. Но закон есть закон, и Джеред являлся законным наследником. Доказательств истинного отцовства они не имели, и когда родился ребенок, Эдмунд был мужем его матери.
Френсис, как обычно, была права.
Эдмунд глубоко сожалел, что сын, рожденный не от него и ничуть на него не похожий, в один прекрасный день унаследует титул графа, но ничего не мог с этим поделать."
"Мейсон пригладил усы. Хотя мысль об убийстве столь маленького ребенка представлялась кощунственной, этим актом он всего лишь собирался исправить несправедливость.
Он подошел к столу и, взяв тонкую руку жены, заставил ее встать.
— Собирай вещи, Френни. Мы уезжаем в город.
Френсис подняла на него глаза, и ее узкое лицо расплылось в улыбке.
Ранним утром прошел дождь, и улицы Лондона блестели. В воздухе висел сырой туман, и по небу ползли низкие свинцовые тучи, когда экипаж Риса подкатил к городскому дому, в котором проживал его друг Трэвис Грир.
Вчера Рис разместил свою новую семью в Холидей-Хаусе, роскошной резиденции Элизабет, близ Хэмпстед-Хит[1], которая теперь, после его женитьбы на ней, перешла в его собственность.
Правда, Рис еще не осознал, что он чувствует по этому поводу, хотя особого значения это не имело, — ведь отныне у них с Элизабет было общее будущее.
В первую очередь его заботила ее безопасность. Прежде чем отправиться в город, который находился в часе езды от имения, он послал письмо сыщику Чейзу Моргану, сообщив последние новости, в том числе о покушении на жизнь Элизабет, об их бракосочетании и предстоящей поездке в Лондон.
