Ее рука заботливо легла на живот, где мирно приютился ребенок Ройяла. Анне она об этом не сказала. Не хотела причинять подруге еще больше страданий. В отличие от Анны ей повезло: Ройял в конце концов понял, что тоже ее любит.
Лили молча помолилась за Анну и Трэвиса в надежде, что Господь поможет им соединиться.
Глава 26
Элизабет стояла в неподвижности, пока Джильда закрепляла шпильками ее прическу.
— Вы прелестно выглядите, миледи, — заметила Джильда.
Элизабет улыбнулась и помолилась, чтобы слова Джильды сбылись.
На ней было купленное Рисом платье из алого бархата с глубоким вырезом на груди. Джильда так сильно затянула корсет, что Элизабет едва могла дышать.
Но это было не важно. Если план соблазнения сработает, ее муки окупятся."
"— Вы смотритесь восхитительно, — продолжала Джильда, касаясь тяжелых складок красного бархата. — Цвет исключительно идет к вашим черным волосам, миледи, и серым глазам.
Элизабет улыбнулась:
— Надеюсь, лорду Рису тоже понравится.
— О, миледи, он будет без ума от вас.
Элизабет тоже на это надеялась.
Она приложила много усилий, чтобы сегодня доставить удовольствие мужу. Она хотела, чтобы он непременно увидел в ней женщину, которую сделал своей женой, женщину, которую желал.
Днем она спросила у него, вернется ли он к ужину. Он обещал вернуться и теперь ждал ее внизу, чтобы вместе пойти в столовую. Запланированный ею экстравагантный ужин включал его любимые блюда, приготовленные по подсказке леди Тависток, и отличное французское вино.
Глубоко вдохнув, Элизабет открыла дверь и вышла в коридор.
Рис стоял у нижней ступеньки лестницы. С черными волосами, в облегающих серых брюках и черном фраке с бархатными лацканами, с белоснежным галстуком на шее, он был невероятно красив. На фоне смуглого лица его глаза светились, как голубое небо над Брайервудом.
Ее сердце забилось сильнее. При мысли о предстоящей ночи, когда она будет соблазнять его, Элизабет ощутила прилив влажного жара.
Прижав руку к животу, она сделала вдох и начала спускаться по лестнице. Когда она сошла с последней ступеньки, Рис встал перед ней, вытянувшись по-военному в струнку, и его голубые глаза впервые за много дней обожгли ее огнем.
Очень медленно он обвел ее взглядом, задержавшись немного на мягких округлостях над низким вырезом.
— Ты выглядишь восхитительно.
От его взгляда она ощутила тепло, как от прикосновения, и ее грудь в кружевном корсете набухла.
— Благодарю. — Элизабет заставила себя улыбнуться. — Ты тоже сегодня необыкновенно хорош собой.
