Он пришел одновременно с полицией, которую вызвали соседи.
Алекс больно сжал меня за талию, и я ойкнула.
– Прости, – пробормотал он. – И что дальше?
– Ничего, – пожала я плечами. – Участковый – одноклассник моего отца, дело быстро замяли. Но мачехе сильно досталось от папы. А через три года она родила близнецов и изменила свое отношение к воспитанию детей.
Громов молчал и смотрел на меня во все глаза. Не ожидал подобного?
Я грустно усмехнулась и развела руками.
– Знаешь, я не держу на нее зла, она была молодая и глупая.
Но вот с клаустрофобией ничего поделать не могу. Врачи говорили, что от нее можно избавиться, но пока не придумали, как именно. Но ведь она не помешает моей работе в ""Ясном взгляде""? – напряженно спросила я.
Алекс замотал головой, а потом сдавленным голосом произнес:
– Не переживай, Эви, не помешает. Если честно, даже не знаю, что сказать… Кофе будешь, Дьяволенок?
Что, опять?!
– Вот почему ты меня так называешь?!
Мой начальник лукаво улыбнулся.
– Потому что твое весьма необычное имя происходит либо от Евы, либо от дьявола.
– Я знаю, – прищурилась. – Но ты меня сразу в дьяволы записал, да?
Он засмеялся:
– Ответ, что ты – два в одном, тебя устроит?
Выкрутился? Молодец! Но придираться я и не собиралась. Засчитано!
– Не очень, но потенциал, безусловно, есть. Хочу латте с тремя ложками сахара! И большой бутерброд с колбасой, помидорами, огурцом, сыром, майонезом и…
– Стоп! Стоп! А вдруг всего этого на кухне нет?
– Да ладно! Ты просто не знаешь, что находится в твоем холодильнике, Алекс Гром! Спорим, я найду там даже больше, чем ты можешь себе представить?"
"Его ответный взгляд был очень и очень странным.
Алекс, тяжело вздохнув, снял меня со стола. А затем мы разделились – Гром варил кофе, а я готовила бутерброды, причем мой босс затребовал себе такой же. В холодильнике нашлось немало вкусностей, я только успевала вытаскивать свертки. Колбасы, правда, не существовало, как вида, но я легко заменила ее ветчиной. Добавила оливки и листики салата.
Самодельные гамбургеры получились такой высоты, что мы рисковали вывихнуть челюсть. Однако с удовольствием слопали их за пять минут и уселись у стола, попивая восхитительный кофе.
Но я все равно не выдержала и зевнула, прикрывшись ладошкой.
– Кофе иногда действует на меня, как снотворное. Вернее, не помогает взбодриться, – смущенно пояснила я.
Алекс залпом допил свою чашку и улыбнулся.
– Ты удивительная, Эвелина Лазарева.
