Переводя взгляд на его губы… представляя как они вопьются в мой рот, как жадно на него набросятся, как накроют мой сосок и втянут в себя сильными сосущими движениями и… вдруг меня словно пронизало чем-то огненно острым, выгнуло дугой, парализовало на доли секунд и ослепило, вскинуло вверх, обожгло таким невыносимым удовольствием, что я невольно тихо закричала, содрогаясь всем телом… перепуганная сильными спазмами сотрясающими все мое существо под какой- оглушающий рокот, как раскат грома… пока не поняла, что это он ревет, сжимая меня одной рукой, впившись в меня озверевшим взглядом и стонет, выдыхая мне в лицо, сотрясаясь вместе со мной, не прекращая двигать пальцами… уже внутри меня и… это не больно это настолько приятно, что я невольно сжимаюсь вокруг них и не понимаю почему там настолько мокро, что слышны неприличные хлюпающие звуки.
— Хорошо? — почти беззвучно спросил, замедляя толчки и снова всматриваясь в меня… его взгляд пьяный, отрешенный… и не страшный. Он как будто болен и у него лихорадка.
Весь дрожит.
— Хорошо…, - ответила так же беззвучно и коснулась ладонью его щеки. Провела по бороде, но он отпрянул назад, а я убрала руку.
Напряглась в ожидании что сейчас он навалится сверху и войдет в меня, но этого не случилось. Хан встал в полный рост, выругавшись на своем языке и я увидела темное мокрое пятно на его штанах. Он кончил… кончил от того, что мне было хорошо? Проглотила вязкую слюну и все еще быстро дыша перевела взгляд на его лицо. Мужчина дышал так же тяжело, как и я.
Его кожа покрылось мелкими бусинками пота. Он развернулся и направился к двери, потом остановился несколько секунд постоял, обернулся ко мне… посмотрел долгим взглядом и вышел, впервые не хлопнув дверью.
А я откинулась на подушку и закрыла глаза. Тело все еще подрагивало и было наполнено горячей истомой… Это ведь и есть оргазм? То, что я испытала только что? Это ведь оно? И я точно знала ответ — оно.
Приоткрыла веки… А ведь Хан не причинил мне сегодня боли. Ни разу… мне действительно было хорошо.
И от собственного бесстыдства к щекам прилила вся краска. Перевернулась на живот и спрятала лицо в подушку. Перед глазами его образ… его пьяный взгляд и приоткрытый рот. Его гортанный стон, от которого меня снова бросило в дрожь. И нет это не была дрожь ужаса. Мне хотелось услышать его снова…
Я вышла к ужину и меня не сковывало чувство непреодолимого ужаса, как раньше. Мне даже захотелось есть. Впервые. Настоящий аппетит.
