Ну мужичок ссуживает деревенских жителей и загулявших в выходные и праздники рыбачков денежкой под процент и небольшой залог, ну передает он, как «почтальон», условно говоря, «любовные послания» и подарки-сюрпризы в виде небольших посылочек людям, так прибыток с этих услуг невелик, а мужичок еще и сливает важную инфу органам. Все довольны. И в начале девяностых, имея братков на прикорме, он был интересен и удобен братве и ОПГ как передаточный пункт запрещенных к перевозке предметов и писем-телеграмм, да еще и отстегивал им положенный процент со своего дохода.
А вот в нулевых и десятых годах, и уж тем паче сейчас, ситуация кардинально иная. И если еще денежку малую он может сшибать с процентов, все так же занимая гражданам деньги, то его функции «почтальона» уже выходят на уровень, приближенный к тяжким преступлениям и терроризму. Сами посудите: кому сейчас могут понадобиться анонимные послания, посылки и передачи? На низовом уровне обычных граждан – никому. Для этого существуют соцсети и анонимные ники в них, а еще доставщики разного рода и тому подобное, пользуйся – не хочу, была бы фантазия.
А вот бумажные послания из рук в руки и посылки с содержимым, которые невозможно перевозить и отправить обычным образом, а только через сеть таких вот «станций», иногда раскинутой и на несколько стран, на которых работают подобные «почтальоны», как ваш Митрич, – это уже игры серьезных дядечек и совершенно иные расклады. И Митрича благополучно встроили в эту систему с его лесным «почтовым» ящиком, поставив под руку криминальных деятелей.
– На «пенсию» уйти и закончить с криминальным бизнесом, я так понимаю, Митрич не захотел, а включить критическое мышление не сумел, – продолжила его мысль Ева. – Которое подсказало бы ему, что закон, гласящий, что каждая муха на своей куче дерьма королева, перестает работать в тот момент, когда твоя куча становится частью унавоживания целого поля. И ты уже совсем не царь горы, а всего лишь подчиненный и ответственный за небольшой участок, и спрос с тебя теперь иной, и в случае чего по сусалам прилетит в первую очередь.
– Меня всегда восхищало, Ева Валерьевна, ваше умение образно и ярко передать смысл всякого явления, – усмехнулся Данич и подтвердил ее «образное» высказывание: – Думаю, именно так и обстояло дело. Митрич повелся на предложение о расширении клиентуры и увеличение доходов, позабыв о той самой разумной безопасности и жадности, которая сгубила многих.
– И вы знаете тех, на кого он работал? – спросила Ева.
