Сзади следовал Гайрас. Мне надлежало периодически спускать артефакт ниже и смотреть поверх него на прохожих, выискивая тех, чью смерть показывал бы мой дар. А потом смотреть на них же через розовые кристаллы.
– Удивительно! Всё работает, магистр! – восхищенно выдала я, когда уже пятеро человек, которые в течение этого полугода должны умереть, сквозь розовые стеклышки выглядели совершенно обычно. – Вы настоящий волшебник!
– А вы сомневались? – довольно погладил он себя по животу. – Ну что, идемте в лавку. Я проведу привязку к вам и окончательную активацию всех наложенных чар.
Чтобы не украли, не отобрали, ну и так далее. И футляр к ним отдам.
Домой я ехала с удивительным артефактом на лице. Мир выглядел розовым и необыкновенным. И ни одного смертника вокруг. Красота!
Маркиз оценил творение магистра Даграна. И изящество исполнения. И качество материалов. И тонкость наложенных чар. И заявил, что мне к лицу эта странная конструкция. Я и так-то выгляжу отлично от многих. А уж с розовыми моноклями, объединенными в одно целое, – вообще глаз не оторвать, так это необычно и неординарно.
– Что-то мне подсказывает, что скоро все модники и модницы столицы обзаведутся подобными штуками. Как, вы говорите, магистр назвал их?"
"– Он пока не решил. Но сказал, что раз надевается на два о́ка сразу, то можно использовать слово – окуляры.
– Неплохо. Мне нравится. Так и будем величать ваш артефакт, Эри. В остальном вы готовы?
– Да, лорд Риккардо. Помимо… окуляров я приобрела в лавке несколько артефактов для дальней дороги.
Счет за них тоже пришлют вам, как вы и распорядились.
– Отлично! Тогда отдыхать. Идите готовьтесь ко сну, я немного полечу вашу ауру и кошмары – и спать!
Перед отъездом из города я еще заехала в лицей, попрощаться с Лексинталем. Он не успевал попасть домой на выходные, мы отбывали раньше. Пришлось действовать через руководство. Попросить свидания с учеником.
За территорию его пока не выпускали, поэтому мы с ним переговорили в кабинете заведующего учебной частью, который он нам любезно предоставил на несколько минут.
Лекс был возбужден, глаза его сияли от восторга и эмоций. Ему безумно тут нравилось, и он даже успел найти парочку приятелей. Когда я сказала, что уезжаю, он расстроился.
– Эрика, но ты ведь вернешься? – спросил мальчишка, взяв меня за руки и заглядывая в глаза. – Ты ведь не бросишь нас с отцом? Ты нам очень-очень-очень нужна.
– Твой отец едет со мной, – улыбнулась я. – Он просил от его имени с тобой тоже попрощаться.
