Лейр попытался подняться, но понял, что не успевает, снег в сугробе оказался слишком податливым. Выбросив левую руку в сторону Фейла, он сжал кулак, и прямо перед ним выросла стена льда, закрывая со всех сторон.
Раздосадованный Фейл с размаху ударил по ней клинками, выбив ледяную крошку и небольшие осколки льда, но на этом всё.
— Трус! Ты всегда им был и останешься! — заревел Фейл, в надежде раздразнить противника.
— Закрой свою вонючую пасть! — донеслось из-за стены.
И в ту же секунду стена рассыпалась, как будто её никогда не было.
Ледяная пыль и осколки забили глаза Фейлу, и он сделал роковую ошибку, прикрыл их на доли секунды. Этого хватило, чтобы из глубины ледяного облака в него выстрелило копьё. Слишком быстро и неожиданно.
Фейл заметил его в самый последний момент. Он попытался уйти от стремительной атаки в сторону, но копьё успело врезаться в плечо. Мгновение — и от доспеха осталась лишь оплавленная кромка. Мясо вспухло и обуглилось, плечо взорвалось дымом и кровью, превратившись в окровавленную воронку.
Один из мечей выпал из повисшей руки и со звоном вонзился в лёд.
Лейр, ликуя, выскочил из ледяного облака и бросился добивать врага. Глаза горели яростью, пальцы судорожно сжимали древко копья, которое вновь набирало энергию.
Он ударил сверху, наотмашь, рассчитывая прошить командира насквозь. Но Фейл не собирался умирать. Он шагнул вбок, пропустил удар мимо головы и тут же крутанулся, вскинув оставшийся меч. Лезвие со свистом прошло по ноге противника, словно заострённый до невозможности нож, который с лёгкостью режет обычный лист бумаги.
Правая нога Лейра отлетела в сторону, оставив после себя кровавую дугу в воздухе.
— А-а-а-а! — завыл Лейр, падая на спину. Он захлёбывался в собственном крике, лёд под ним тут же покрылся тёмными пятнами. Но всё только начиналось.
— Я заставлю тебя вспомнить! — зарычал на него Фейл, — Заставлю раскаяться!
На достигнутом Фейл не остановился. Он шёл дальше, как палач, и лезвие вновь блеснуло в воздухе. Второй удар пришёлся по левой ноге — точно, резко и без лишней паузы.
Конечность отделилась, словно срезанная ветка.
Лейр завыл ещё сильнее, захлёбываясь в боли и собственном страхе. Он бился в судорогах, не в силах даже приподняться.
Я наблюдал за боем, и с каждой каплей крови, что вытекала из предателя, во мне крепло чувство… облегчения. Фейл абсолютно прав, чтобы вернуть себе свободу, этим ублюдкам придётся пройти через ад на земле.
— Неплохо, — раздался хриплый голос за спиной Фейла.
