С ее слов, у нее был какой-то юноша, который сделал ей предложение. Они рассказали всем о своей помолвке и о грядущей свадьбе, а потом он сбежал с какой-то девицей, которая только-только переехала в город. Бабушка даже съязвила, что всю оставшуюся жизнь эти двое, что называется, горе мыкали. А она в конечном итоге встретила дедушку, они поженились и с того момента жили душа в душу.
— Повезло бабуле! — с воодушевлением заметила Адель.
— Еще она сказала, что теперь и не представляет, как сложилась бы ее жизнь без дедушки.
И напомнила мне, что, если бы она вышла за своего первого жениха, меня вообще на свете бы не было, а это значит, что и вас тоже.
— Значит, когда-нибудь у меня родится ребенок, которого не было бы, если бы я сейчас не была так несчастна? Так, что ли?
— Вот именно. Что лишний раз подтверждает…
— Подтверждает что? Человек, которого я любила, меня бросил! — И Трейси снова залилась слезами.
В это время кто-то позвонил в дверь.
Монтгомери, которому давно уже не терпелось убраться из комнаты, поспешил вон.
Когда он открыл дверь, на пороге стояли три лучшие подруги Трейси.
Кэтрин Хини, ее самая близкая подруга, с которой они были неразлучны еще с колледжа, заговорила первой:
— Мистер Тимбер, я знаю, что Трейси сказала, что не хочет никого видеть; но мы — ее лучшие подруги, и мы знаем, что она нуждается в неотложной дружеской помощи. Мы пришли, чтобы вытащить ее куда-нибудь сегодня вечером. Возражения и отказы не принимаются.
— Ради бога! — с энтузиазмом воскликнул Монтгомери.
— Это великолепная мысль!
Когда они всей гурьбой вошли в гостиную и Трейси увидела своих подруг, которые должны были стать ее подружками на свадьбе, она разразилась новым потоком слез. Они разом заторопились к убитой горем невесте и наперебой принялись оказывать ей неотложную дружескую помощь.
— Лично мне он никогда не нравился!..
— По-моему, он в подметки тебе не годится!..
— Скучный тип!..
Из своего угла Адель энергично кивала головой в знак согласия.
— Сухарь, — добавила она. — И жуткий зануда.
— Уймись, Адель, — строго одернула ее мать.
— Мы пришли, чтобы вытащить тебя куда-нибудь развлечься, — сообщила Кэтрин.
— Никуда я не пойду, — отмахнулась Трейси.
— Пойдешь. Ты просто обязана. Ты не можешь сидеть здесь вот так и заливаться слезами.
— Но я чувствую себя униженной! И вовсе не хочу наткнуться на кого-нибудь из наших общих знакомых! — простонала Трейси.
— Мы об этом подумали, — сказала Кэтрин.
