— Милая, по-моему, тебе не следует слишком увлекаться этим, — посоветовала ей Эллен. — Ведь ты так и не притронулась к цыпленку с твоими любимыми орешками кешью. А я заказала его специально для тебя.
— Моя жизнь кончена! Кончена! — простонала Трейси.
— Вовсе нет, — возразил Монтгомери. — Ты носишь фамилию Тимбер. Джефри Вудолл мизинца твоего не стоит, и тебе прекрасно это известно!
— Я так надеюсь, что эта сыщица, Риган Рейли, выведает о нем что-нибудь достаточно гнусное, чтобы разрушить его жизнь! — выкрикнула Трейси.
— Что он уклонялся от уплаты налогов, например! И упрячет его за решетку! — Она утешилась еще одним большим глотком своего розового эликсира.
Мать Трейси осуждающе покачала головой:
— Ума не приложу, что могло произойти. Наверно, он просто в последний момент спасовал перед этим ответственным шагом.
— Даже не вздумай прощать его! — рявкнул Монтгомери. — Твоя фамилия Тимбер, запомни это! Ты должна быть мужественной! Наши предки сражались в Войне за независимость! Никогда об этом не забывай!
Трейси подняла правую руку, будто отдавая салют:
— Моя фамилия Тимбер.
И, похоже, мне суждено с ней и умереть.
Сестра Трейси Адель сидела, свернувшись калачиком, в набивном кресле и сосредоточенно изучала посеченные кончики своих волос.
— Поверь, через несколько месяцев ты будешь просто прыгать от радости! Ведь тебе удалось в последний момент избежать пули в затылок! У меня до сих пор в голове не укладывается, что этот тип вел учет каждому пенни, истраченному на ваши походы в рестораны до того, как вы обручились! Ну и урод!
— Я жажду мщения!
Эллен кивнула:
— Эта Риган Рейли очень симпатичная девушка.
Я уверена, что, если у Джефри рыльце в пуху, она непременно выведет его на чистую воду. Но, дорогая, какая теперь, собственно, разница?
— Огромная! Я хочу, чтобы он страдал так же, как и я. Хочу, чтобы ему тоже было больно!
Эллен присела на диван рядом с дочерью:
— Пока ты принимала ванну, звонила бабушка.
Трейси нахмурилась:
— С тех пор, как я обручилась, она только и твердит, как она счастлива, что дожила до моей свадьбы.
"
"— Да, это правда, — согласилась Эллен. — Ей уже девяносто два, но она по-прежнему держится молодцом. Она мне кое-что сказала, чего я раньше не знала. Представляешь, еще до того, как она вышла замуж за деда, ее тоже бросил жених.
Адель моментально оставила в покое свои посеченные волосы.
— Что я слышу? Нашу бабулю тоже оставили с носом? — изумленно воскликнула она.
— Она никогда мне об этом не рассказывала.
