— Ты не фокусник на ярмарочном балагане, — отмахнулась леди Малива. — Так им и ответь.
Я кивнула. Фраза в духе леди Маливы, но и в моем тоже, чего уж там. С посыланием неугодных куда подальше у меня никогда проблем не было.
Мой путь к двери лежал мимо леди Маливы, и она, вдруг протянув руку, резко дернула меня за ухо.
— Ай! За что? — обиделась я. Было больно.
— Отныне будешь обходиться без клипсы, — заявила она, пряча ту в карман.
— Но я еще плохо говорю, — произнесла я на языке Эйтилии с явным акцентом.
— Так постарайся говорить лучше. А в следующий раз помни о последствиях, прежде чем ослушаться меня.
Так это месть за побег? А я думала, что сия чаша меня миновала, но нет. Леди Мымра из тех, кто любит это блюдо холодным. И я еще назвала ее бабушкой! Как только язык при этом не отсох.
Потирая ноющую мочку уха, я поторопилась к себе в спальню. На подготовку отвели несколько часов, надо управиться.
Начала с купания, в том числе тщательно ополоснула волосы. Краска еще немного смылась, и цвет прядей уже был не настолько насыщенным.
После натерла кожу благовониями, они в Эйтилии заменяют духи. Затем высушила волосы у камина, выпрямляя пряди расческой. Это заняло прилично времени, но стоило того – волосы лежали на плечах красивыми разноцветными волнами.
Дальше – платье. Благодаря переделке надеть его в одиночку было легко, ведь теперь на спине нет застежек. Передняя часть держалась исключительно на плечах и скрывала все вплоть до ключиц. А вот спина… моя изюминка.
Естественно, под такой наряд не наденешь нижнюю сорочку.
Пришлось от нее отказаться, как и от местного варианта бюстгальтера. Кроме собственно платья и трусиков на мне ничего не было. Да по меркам Эйтилии я практически голая!
Теперь главное – не замерзнуть. А то ткань так плотно обтягивает грудь, что любые изменения тут же станут заметны. У местных кавалеров от подобного зрелища случится неконтролируемый выброс тестостерона.
Непонятно только, что делать с маминой подвеской. О том, чтобы ее снять, не могло быть и речи.
Она всегда на мне. Но под платьем она смотрелась неуместно – выпирала через ткань.
Тогда я вытащила подвеску наверх, но тоже осталась недовольна результатом. Она портила минималистический вид наряда спереди. А что если перебросить ее назад?
Я переместила подвеску так, чтобы буквы «м» и «в» повисли между лопаток. Извернулась, оценивая свой вид в зеркале. О да, это именно то, чего не хватало моей спине. Пусть все видят: я – Бонуар.
