У нас очень много халявщиков, которые обедают по два часа и пять раз в день пьют кофе еще по полчаса. Алла быстро их вычисляет и вышвыривает из компании. Я согласен, что с сотрудниками надо быть построже, иначе на голову сядут. Что еще плохого тебе сделала Алла? Пришла сюда и стала обвинять в том, что ты со мной из корыстного интереса? Вот тут она не права, и я попрошу ее больше не вмешиваться в мою личную жизнь. Что еще плохого тебе сделала Алла?
Я порываюсь открыть рот и выдать Ване в ответ такую же тираду, но неожиданно не нахожусь, что сказать.
Я растерянно молчу несколько секунд. Ваня пытливо смотрит на меня.
— Она отказалась от меня в роддоме, — выдвигаю свой главный аргумент, из-за которого в общем-то у меня и сложилось плохое мнение об Алле, а затем подкрепилось ее строгостью на собеседовании.
— Алла только что объяснила тебе, как это произошло.
— Я не верю ей.
— Почему?
Я снова не нахожусь с ответом. Отворачиваюсь к окну и вглядываюсь в темноту. Но вижу только свое отражение, словно в зеркале, — испуганное, растерянное.
Я прислоняюсь лбом к холодному стеклу и прикрываю глаза.
Есть только один человек, который может пролить свет на эту историю. Тетя Галя.
— Мне нужен отпуск на неделю, — говорю Ване после долгого молчания.
— Зачем?
— Хочу поехать домой и поговорить с тетей Галей.
Правда, когда я приходила к ней в прошлый раз и продемонстрировала свидетельство о своем удочерении, тетя Галя молчала, как партизан. Возможно, и сейчас не захочет сознаваться. Но теперь дело куда серьезнее.
Алла намерена добиться уголовной ответственности для всех причастных к той истории. С деньгами Аллы это будет легко.
— Я поеду с тобой.
Поворачиваюсь к Ване и гляжу на него с недоумением.
— Со мной? Зачем?
Он подходит ко мне, берет мое лицо в ладони и гладит по щеке. Затем мягко целует в губы.
— Я не отпущу тебя одну. Ну и еще мне интересно посмотреть твой родной город.
Я грустно улыбаюсь и опускаюсь лбом Ване на грудь. Он обнимает меня крепко и целует в макушку.
На следующий день мы вместе пишем заявление на отпуск, а еще через день улетаем в мой родной город.
Должно быть, в глазах коллектива выглядит подозрительно, что мы ушли в отпуск внезапно и одновременно, но сейчас я в таком состоянии, что мне абсолютно безразлично, что обо мне подумают посторонние люди.
Мы летим бизнес-классом нашей авиакомпании. Ваня держит мою руку и гладит ее большим пальцем. Улыбчивая стюардесса модельной внешности подает нам бокалы шампанского.
