Вот только если начну действовать в одиночку, чем мне это будет грозить? Ну кроме того, что в процессе расследования я могу выйти на саму себя, если настоящий преступник решит, что меня проще не убить, а подставить по полной, чтобы я, даже отрицая все, оказалась на скамье подсудимых?
Мысли заметались в голове, а я сама по кровати, пытаясь найти верный ответ. Только это было не уравнение. И правильного решения, похоже, не было. Только варианты больших и меньших потерь.
Уже ближе к полуночи, когда небо вызвездило, облака разошлись и в вышине засияла круглая дебелая луна, я пришла к выводу: разбираться нужно, но не обязательно делиться всеми догадками с этим высокомерным некрогадом.
Пусть думает, что я всего лишь его осведомительница. Не самая умная, не самая расторопная и… Вообще не его помощница, а своя собственная!
С этими мыслями я наконец уснула.
Утро же для разнообразия началось не с привычного поиска побудного артефакта. Вместо этого мой сон прервал оповещатель, который я недавно повесила у двери.
Причем сначала я почувствовала магические колебания и лишь потом звук звонка. На кнопку, похоже, какой-то незваный гость усиленно давил.
Я протерла глаза, всматриваясь в рассвет, который только-только осторожно перешагнул через подоконник окна. Это ж какая несусветная рань! Встала, сцедив зевоту в кулак, нашарила халат и, накинув его, поспешила вниз, пока визитер не разбудил еще и дедушку своим рвением.
Дверь открыла сильно сонная и несильно довольная, чтобы лицезреть на пороге до отвращения бодрого, идеально одетого Версанта.
– Доброе утро! – поздоровался он.
На что я проворчала:
– Попрошу не навязывать мне своего мнения.
– Как вижу, ты еще не проснулась, – констатировал очевидное подсадной сосед.
– А ты, я вижу, еще и не ложился, – не осталась я в долгу.
– Обижаешь, я спал целых два часа, – довольно ответил брюнет, чем привел меня в уравнобешенное состояние.
«Если два часа – это целых, интересно, сколько в понимании агента всего ничего? Минут пять? Или, может, он просто издевался?» – подумала я.
Хотя… пусть бы этот некрогад продолжал свои лингвистические измывательства и ограничился лишь ими. Но нет, Вирсенту этого оказалось мало, и он перешел от слов к действиям. Начав с вопроса:
– Сама соберешься или тебе помочь?
– Сама, – проворчала я и негостеприимно захлопнула дверь прямо перед аристократическим носом своего босса по совмещенной шпионской работе.
