Запястья связаны за спиной, а ноги примотаны клейкой лентой к стулу. В горле жутко пересохло, хотелось пить. А голова дико звенела и гудела – последствия от удара по затылку.
Однако Николету беспокоили совсем другие неудобства. Ее юбка задралась до самых бедер, открывая на обозрение похитителям ее ноги и белье. И вот это пугало. Девушка всем телом, каждой клеточкой чувствовала сальные и плотоядные взгляды окружавших ее мужчин.
А вот Ники никого не видела. На ее голову был надет черный тканевый мешок. С одной стороны – если закрыли ей обзор, значит, убивать не планируют.
С другой, Ники ничего не видела сквозь черную тряпку, казалось, что даже воздух проникал с трудом и дыхание постоянно сбивалось. Или это от страха?
Однако Ники старалась держать себя в руках. Выходило плохо. Особенно, когда к ней, судя по звуку шагов и тяжелому дыханию, приблизился один из ублюдков, похитивших ее.
Мужчина, которого Ники не видела, оказался настолько близко, что каждый волосок на теле девушки встал дыбом. Но нельзя показывать этим мразям свой страх! Ни в коем случае нельзя!
Ники почувствовала, как колена коснулся обжигающий холод металла.
Острие ножа заскользило выше, к бедру, приподнимая ткань одежды.
– Отвали от меня, ублюдок! – выкрикнула Ники и попыталась вывернуться. Однако путы держали крепко, фиксируя девичье тело на стуле.
– Дикая шлюшка, – с одобрением в голосе прокряхтел мужчина, а Ники почувствовала, как острое лезвие срезало бретельку платья с одного плеча, а следом и лифчика.
– Не порть товар! – раздался другой голос, более властный откуда-то сверху и издалека.
– Дай оттянуться, а?! – попросил ублюдок у товарища, не торопясь прекращать своего занятия и методично срезая одежду Ники. – Времени валом. Бабло привезут только через час. Шеф отзвонится, тогда и отпустим эту шлюшку. Но я ведь могу и не сразу услышать звонок.
– Остынь! – голос второго похитителя прозвучал ближе.
– Отсосет, тогда и остыну, – рявкнул ублюдок, а Ники сжалась в комочек. Было дико страшно, и уже весь упрямый характер, вредность, язвительность куда-то испарилась.
Будто сознание заблокировалось, спрятав глубоко-глубоко бесстрашную Адамиди, а осталась только маленькая испуганная девочка.
– Охренел? Мешок не снимай! Она же наши лица увидит! – выкрикнул приятель ублюдка.
– И что с того? – усмехнулся любитель орудовать острым ножом.
– А ничего! Приказ был, девчонку не трогать. Иначе за нее не заплатят, – голос мужчины уже звучал практически за спиной Николеты. – Уговор, есть уговор.
