— Зачем ты мне это говоришь?
Я закусываю губу, чтобы не расплакаться. Оказывается, это так больно. Думать о том, что не могу быть с человеком, к которому тянет с такой силой.
— Потому что больше никому не могу сказать об этом.
Выскочив из машины, я делаю несколько жадных глотков воздуха и со всех ног несусь к входной двери. Очутившись в стенах своей комнаты, даю себе слабину и тихо плачу. Гора сумок, лежащих на полу, лишь усиливают ощущение безысходности.
Ненавижу себя, презираю больше прежнего за то, что попросила Ленкиного отца о поцелуе, потому что теперь не могу не представлять, как мы снова с ним это делаем.
Закрываю глаза и отдаюсь во власть отчаяния в надежде выплакать все чувства, которую я испытываю к отцу лучшей подруги.
19
Если еще вчера я полагала, что имею пространство для маневра и смогу выбирать между предложением Лениного отца и арендой той крошечной комнаты, то сегодняшним утром выяснилось, что никакого выбора у меня нет. По дороге на учебу звонит хозяйка квартиры и как ни в чем не бывало сообщает, что сдавать комнату она передумала.
От этой новости меня накрывает такой волной безысходности, что я молча сбрасываю вызов. Я пока не решила, как быть с обнаружившимися у меня чувствами к взрослому состоявшемуся мужчине, но твердо поняла одно: нахождение в его квартире никак не поспособствует избавлению от них. Как и работа в его офисе.
Жизнь словно проверяет меня на прочность. Зная, что мне лучше держаться от Бориса Александровича на расстоянии, она не дает мне такой возможности.
Собственно, варианта у меня всего два: либо спать на улице и, уволившись, позорно выпрашивать денег у мамы, либо позволить Виталию перевезти вещи, а на работе как можно реже покидать кабинет во избежание рисков столкновения с начальством. Блюсти строгую субординацию, как сказал Ленин отец, — все, что на данный момент мне остается."
"— Кто звонил? — живо интересуется Ленка, едва я убираю телефон в сумку. — И что с твоим лицом? Белая, как мел.
— Хозяйка, — бормочу я, по обыкновению отвернувшись к окну.
После выпрошенного мной поцелуя прошло больше суток, но я все еще не могу заставить себя смотреть ей в глаза. Мне стыдно перед ней за свои чувства, за то, что я такая неправильная. Она любезно пригласила меня пожить в их доме, а что сделала я? Влюбилась в ее отца. Чем не предательство?
— И что она?
— Сказала, что передумала сдавать комнату. Несколько дней упрашивала потерпеть, и в итоге отказала.
