От них замирает сердце, текут слёзы, а порой стынет в жилах кровь.
Они никогда не забываются.
Возможно, эта тоже однажды станет легендой.
Но когда-то она просто случилась с людьми.
Вместо послесловия...
Три года спустя…
— …её назвали второй Камиллой Клодель. То же одиночество, та же пронзительная сексуальность, застывшая в глине, — красивым сильным голосом рассказывала женщина-экскурсовод, рукой привлекая поближе к себе молодых людей, что разбрелись по залу галереи современного искусства.
Откровенные и провокационные, вызывающие и удивительно натуралистичные, они звучат как гимн мужской красоте, воспетый женскими руками… — прочитала Вера строки, написаны в красивом рекламном буклете.
— Эти руки и губы, изломы шей, изгибы спин, напряжённые мышцы, лица, искажённые чувствами, не кажутся каменными…
— Простите, — перебила девушка, что стояла у скульптуры, ставшей последней в творчестве архитектора, как гласила табличка. — А почему она называется «Вера»?
— Ну давайте подумаем вместе, — ничуть не рассердилась на неё экскурсовод.
— Что могла вложить в это слово современный скульптор Файлин Монго?
— Ну-у, мужчина склонил голову на плечо женщины, словно в чём-то кается. Может, она ему верит? — предположил паренёк в очках.
— Пффф… — хмыкнул другой. — Они же занимаются любовью. И, видимо, без резинки. Тут вопрос доверия поставлен торчком.
Все вокруг дружно засмеялись.
— Господа, ну вы же взрослые люди, — укоризненно покачала головой экскурсовод.
— Будущие архитекторы. Ну давайте посерьёзнее!
— И всё же мне кажется… — начала было та же девушка.
— Зачётные сиськи, — со знанием дела поднял палец вверх шутник.
Все снова засмеялись.
— Вера! — громко окликнул Веру Марк. Он вошёл в зал с малышкой на руках. Жестом извинился, когда все взгляды обратились к нему. Окликнул шутника, сказавшего про сиськи. — Полностью согласен! — подмигнул ему, тоже подняв палец вверх, а потом наклонился к Вере и сказал шёпотом: — Она проснулась и, кажется, хочет есть, — показал он на дочь.
— Сейчас иду. Покормлю её в машине, — кивнула Вера."
"— Простите, — ещё раз извинится Марк, давая малышке соску и выходя из зала. — Продолжайте, пожалуйста.
Все побрели за экскурсоводом дальше.
И только девушка, что задала вопрос, посмотрела на скульптуру, потом на Веру, потом на дверь, куда ушёл Марк.
— Но это же?.. — вслух сказала она.
