Он крутил меня, как куклу. Я уже сбилась со счёта, сколько раз кричала и просила оставить меня покое. Но незнакомец был глух к моим мольбам. Он вновь и вновь проникал в меня, не выпуская из своих цепких лап. После долгого перерыва без мужчины, моё тело начало давать слабину. Я уже попыталась оторваться от него и отползти в сторону, но никак не могла отделаться от его жёсткого напора. Каждый раз дракон притягивал меня к себе. Он закреплял мое тело своими руками, не давая пошевелиться. Я молила его остановиться, потому что была уже не в состоянии вынести его бешеный напор.
Дракон поставил меня на четвереньки, очертил когтями спину и заставил прогнуться, тут же сливаясь со мной воедино. Он укусил меня в плечо так сильно, что я закричала в подушку. Слёзы градом потекли из глаз, а подушка вся пропиталась соленой влагой. Незнакомец не останавливался, терзая меня и при этом не отпуская свою челюсть на моем плече. Еще немного, и он скоро дойдёт до самой кости. В какой-то момент мне показалось, что я даже потеряла сознание.
Но как только пришла в себя, ничего не изменилось. Дракон снова и снова делал это со мной. Только теперь я уже лежала на спине, а он жадно кусал мою грудь до боли и изнеможения. Я попыталась закричать, но из моего рта вырвался лишь жалобный хрип.Никто не слышал меня. Странная волна возбуждения давно схлынула, оставляя после себя только горечь разочарования и боль, разливающуюся от сердца до низа живота, заполняющая грудь, горло и льющаяся из меня водопадом слез.
Пока я страдала душевно и физически, мужчина, ничего не замечая, мучил меня. Да когда же он устанет? Когда же уже насытиться мной? Дракон развернул меня на бок, пристроившись к моей спине, приподнял ногу, а затем снова этот «танец» по кругу. От его рук оставались синяки на моем теле, а от его острых когтей текли струйки крови по простыне. Он терзал мое тело до самого утра. Когда первые лучи солнца начали пробиваться в окно, только тогда мужчина с рычанием наконец-то закончил.
Дракон откинулся на спину в то время, как я сжалась комочком и не могла пошевелиться. Каждая мышца тела болела, но сильнее всего пострадала моя гордость. Я затихла и притворилась, что сплю. Потом я услышала, как кровать прогнулась под его телом, раздался шорох, а затем хлопнула дверь. Он ушел. Просто взял и ушел. То, что начиналось с обоюдного, дикого желания и безудержного влечения, закончилось фактически принуждением. Все это было выше моего понимания.
