Я дотронулась до холодного металла дверной ручки, надавила на нее, и неслышный щелчок замка позволил толкнуть дверь. Я растянула губы в счастливой улыбке и… замерла.Улыбка медленно сползла с моих губ. Я задержала дыхание, не в силах выпустить воздух, пропитанный похотью, сексом, призывными тихими стонами, шлепками и влажным звуком соединения двух тел, которые принадлежали моему мужу… и нашей секретарше. Она лежала грудью на массивной стеклянной столешнице в расстёгнутой блузке. Ее пышная и силиконовая грудь в красном бюстгальтере терлась о стекло, пока та в блаженстве закатывала ярко накрашенные глаза, а губы вытягивала в длинное «о».
А мой муж усиленно работал сзади, шлепая секретаршу по голым бедрам. Первая мысль возникла в моем израненном мозгу: «Он даже не разделся, просто спустил штаны. Даже галстук, который я ему сегодня завязывала, не развязан».Бред. Ведь этого не может быть. Я просто все не так поняла, и муж мне сейчас все объяснит. Именно это он должен был мне сказать, когда я вошла и застала его с секретаршей.
Но муж молчал и смотрел прямо мне в глаза и входил в нее. Я выпустила рваный и судорожный вздох, когда перед глазами поплыли черные круги. Только это не помогло, потому что эти же глаза, которыми я не хотела бы никогда видеть этой картины, заплыли влагой. Я сжала ручку двери, и только она давала мне опору, которой только что лишилась.Если бы кто-нибудь спросил бы меня: хотела бы я знать, что мой муж мне изменяет? Я ответила бы, что это полный бред, ведь мы любим друг друга.
А потом тише добавила бы, что если это так, то лучше оставаться в блаженном неведении. И вот сейчас я стояла и смотрела на непроницаемое лицо супруга, не останавливающегося ни на миг, и хотела забыться. Но это невозможно. Любовь живет три года? Вроде так писали в книге, которую моя подруга Анна не так давно прочитала. Значит, моя любовь уже давно с истекшим сроком годности.Голубые глаза мужа неотрывно следили за мной, словно выискивая эмоции.
Он ждал взрыва, криков, выяснения отношений? Но я просто выгорела, в одну секунду стала пустой и неспособной жить. Краски померкли. Грудь сдавило, пока я падала в свой личный персональный ад. Закатить истерику? Зачем? Разве это поможет сохранить наш брак, когда супруг даже не устыдился, а продолжил «радовать» секретаршу?Когда-то мы жили в съемной квартире. Потом дела пошли в гору, и мы купили собственное двухкомнатное жилье и поддержанный автомобиль.
