Я дочитала до конца, не понимая для чего мне все это, что и озвучила вслух, возвращая лист на столешницу.— Зачем мне все это знать?— Ты внимательно прочитала? — спросил Константин, который снова занял пост около окна.— Вполне.— Обратила внимание на число? — спросил он.Я снова взяла листок в руки и нахмурилась. Эта выписка фиксировала прибывание Рика в реабилитационном центре в течение трех месяцев три года назад.— И что? — не совсем поняла я.— А то, что это самый лучший реабилитационный центр для драконов. Он находится в горах и полностью автономен.
Там нет интернета и связи. Только природа, процедуры, наблюдение медперсонала и свобода для ящера.Я продолжала хмуриться, ведь то, куда начал уходить наш разговор, мне совершенно не нравилось.— Я говорю это к тому, что лично получил эти данные, своими глазами видел записи видеонаблюдения и могу точно сказать, что именно там Стеллар и находился. А также у Рика при себе не было телефона, как только он поступил туда. В описи не значился. Но в любом случае Стеллар никак не мог звонить Надежде и тем более развлекаться с кем-то в этот период времени.
Он был полностью недоступен и находился под бдительным контролем специалистов практически на другом конце мира. В день твоего похищения у Рика был срыв.— Бред какой-то. Мам? — я повернулась к матери и посмотрела на нее.Она была растерянной и подавленной, а затем снова начала мерить комнату шагами.— Лиечка, я не могла ошибиться! Я точно видела зятя! И он говорил со мной! Своим глазам-то я могу доверять? И голос был его, в конце концов! Я ничего не понимаю! — всплеснула руками мама.
— Надежда, присядь. Мы со всем обязательно разберемся, — та послушала наставника и растерянно упала на мягкое сидение дивана рядом с Йеном — Скажи, с кем ты говорила, когда звонила в его фирму? — снова спросил Константин.Мама некоторое время молчала, а потом ответила:— С женщиной. Каждый раз с одной и той же. Она передавала мне, чтобы я не беспокоила Стеллара. Сначала она говорила, что он занят, что он на совещании.
Потом он улетал в командировку и так далее.— Ты ее видела? — снова прозвучал вопрос от наставника.— Нет.— Ты говорила, что тебя выпроваживали из компании, стоило тебе там появиться, — продолжал допрос Константин.— Да. Каждый раз. Иногда даже не давали переступить порог. Стоило мне приблизиться к фирме, как тут уже разворачивали и настойчиво просили убраться.— Один и тот же… человек?— Нет, разные.— Ты могла бы их опознать?— Не знаю. Может быть. Три года прошло.
