Чувствую на себе взгляды из приоткрытых дверей все время, пока спускаемся.
Вот теперь повода для разговоров будет!
На месяц, а то и больше!
Солодов умеет не только очаровывать, но еще и быть эффектным до невозможности!
Долго едем в полном молчании.
Рая успевает заснуть у меня на руках.
Неудивительно. Малышка наволновалась. Шутка ли. Пережить страх, что нас разлучат, а ее вообще куда-то увезут незнакомцы!
Квартира Солодова оказывается в самом центре.
Надо же. И здесь нашел удивительное место.
Весь центр застроен. Трудно найти дом, окна которого не выходили бы на дорогу с бешеным ревом машин. Но его дом расположен прямо у сквера. Совсем в стороне от шума и суеты.
– Прошу, – Солодов по-собственнически распахивает передо мной дверь.
Даже Рая, которую он забрал с моих рук и сейчас несет сам, не мешает ему выглядеть грациозно. Властно. Как настоящий царь. Хозяин нашей жизни с этого момента!
И в этом жесте бесконечная ирония! Он что? Издевается?
Ведет себя так, как будто мы с ней здесь добровольные гости.
Хоть это совсем и не так….
– Не нужно притворяться, – грустно отзываюсь, на миг замерев на пороге.
Вдыхаю, так, как набирают воздух перед тем, как глубоко нырнуть.
Вот она, точка невозврата. С того момента, как мы перешагнем этот порог, наша жизнь измениться безвозвратно.
– Рая спит и не слышит. А передо мной… Нет смысла.
Решительно делаю шаг вперед. Не жду, пока он начнет меня подгонять и приказывать.
И…
Снова замираю.
Квартира действительно роскошная.
Здесь Солодову принадлежит целый этаж!
Две комнаты. Новейший ремонт и мебель. Хотя… Другого, наверное, и не стоило ожидать.
Зато вот совсем не удивляюсь тому, что самым центром первой же комнаты оказывается нереальных размеров кровать. Здесь целый космодром развернуть можно!
– Я уложу Раю?
Вся моя смелость испаряется.
Солодов смотрит хищно. Жадно. Его грудь вздымается. Зрачки расширяются.
Горячее дыхание почти сбивает меня с ног.
Я в логове зверя! Заперта с ним здесь! И в его полной власти!
– Конечно.
Он усаживается в кресло. В вальяжной манере. Рывком расстегивает рубашку на груди.
Наливает себе полный стакан виски.
Широко расставляет ноги, почти лежа в этом самом кресле.
Цедит свой напиток, пристально наблюдая за каждым моим движением.
Руки дрожат.
В квартире становится слишком жарко.
Воздух раскаляется так, что его страшно вдохнуть. Легкие обжечь можно!
Но его взгляд и без того обжигает.
