Ноздри начинают раздуваться, как бешеные.
Но спорить он явно не собирается. Единственный мой козырь. Тот момент, когда я могу переломить наглую волю уверенного в себе хозяина жизни!
– Что у тебя там такого, мммм, сладкая?
Крепкая рука властно обхватывает мой подбородок.
– За что там ты так держишься, а? Может, у тебя там среди хлама любовник непутевый завалялся? Чем тебе там так сладко намазано, что тебя из этой квартирки не выковырять?
Глаза опасно сверкают.
Он явно настроен сейчас свернуть кому-нибудь шею.
Предполагаемому любовнику, и… Кажется, мне? Если бы не моя беременность!
– Просто. Прошу. Давай заедем!
– А я бы не отказался от другого!
Опять нависает. Окидывает меня голодным взглядом. Грудь вздымается так, что, кажется, сейчас пуговицы от рубашки отлетят.
– Прямо сейчас, ммммм… А завтра пошлю людей туда, в твою хибарку. Спакую все, что ты скажешь. Зачем туда возвращаться?
Его пальцы спускаются по моей шее. В глазах беснуются грозовые тучи.
Черт!
Кажется, мое положение –единственное, что его останавливает! Иначе точно.
Набросился бы на меня и разорвал бы, как дикий зверь!
– Разве я прошу так много?
Внутри все сжимается.
А если не смогу уговорить? Тогда просто вцеплюсь в его руки. Пока не повернет руль. Не поедет в нужную сторону!
– Черт возьми! Едем. Только вот это. Убери!
Швыряет мне на колени салфетки. Выразительно проводит пальцем под глазами.
– И не смотри ты на меня, как раненый олененок, сладкая! У меня женщины не плачут! Разве что от удовольствия! Вытри!
Вжимаюсь в сидение.
Сижу тихо, как мышка, замечая, что машина разворачивается в нужную сторону.
Послушно утираю глаза.
Думаю, как рассказать ему про Раю… Подобрать нужные слова…
Но…
Не приходится.
Стоит нам только оказаться у моей двери, как навстречу вылетает Оля.
– Таня!
Бросается мне на шею.
Глаза запухшие от слез.
– Я им говорила! Я… Но они не слушают! Ни в какую! Слава Богу, ты вернулась!
– Что случилось?
Внутри все обрывается.
– Они… Они забирают Раю!
Оля всхлипывает, а у меня перед глазами туман.
Глава 13
– А он… Он что здесь делает?
Оля замирает. Оторопело смотрит вдруг на такого же застывшего в дверном проеме Солодова.
– Потом объясню!
Почти встряхиваю Олю.
Наверное, объясню. Если смогу подобрать слова.
А сейчас мне нужно как-то вывести ее из транса!
Солодов действует на нее, как удав на кролика.
Она так и замирает. На полуслове. И с открытым ртом.
Да.
