Больной на голову псих.
Веду пальцем по ссадине на губе, а вторая рука самопроизвольно сжимается в кулак. Вернуться и убить эту тварь. Растоптать.
—Отморозка забрали? — кидаю Кенту.
Кивок в ответ. Отлично. Я потом с ним доразберусь. Потом заставлю страдать и молить о пощаде, все это будет моим утешением, наградой. Пусть валяется в ногах и молит о том, чтобы смерть пришла к нему быстро.
Машина ревет и несется в загородный дом. Трель телефона на мгновение отвлекает, я хватаю трубку и при взгляде на номер звонившего облегченно выдыхаю.
—Помощь нужна, — выпаливаю разом главное.
—Насколько серьезно? — как всегда, звучит уверенно и спокойно. Он никогда не бывает зол или рассержен. Ни-ког-да.
—Света.
Одно слово, и этого достаточно
—Зашью пациента и приеду, — Асклеп никогда не говорит «нет», он не один из нас, но при этом работает только с теми, кто вне закона. Почему? Никто не знает ответа на этот вопрос, но безобразный шрам на груди мог бы стать им, если хотя бы кто-то узнал-таки причину и следствие этого события.
Мы знаем исключительно кличку и больше ничего.
Асклеп замкнут, но всесилен."
"Он просто больше, чем врач, благодаря именно ему Аиша пошла. Он указал тогда Темному путь, по которому стоит идти, и именно он занимался реабилитацией. Многие вещи мне до сих пор непонятны, но в нашей среде все знали наверняка, к кому можно обратиться, чтобы точно сработало.
Однако услуги стоят дорого, и порой вопрос стоит совсем не в деньгах.
Машина резко тормозит, я вижу синие проблесковые маячки и сжимаю челюсть до противного зубного скрипа.
Нет, серьезно? Сейчас? Эту машину?
На единственной дороге, ведущей к дому?
—Что там? — раздраженно бью кулаком по сидению.
—Менты преградили путь.
—Тебя надо учить, как решать такие вопросы?
—Автозак посреди дороги, босс.
Сука. Просто так такие машины не останавливают. Я искрю от перевозбуждения, гнева и отчаяния одновременно. Кент выходит решать вопрос, но его нет слишком долго, после чего я замечаю еще больше машин. Наплыв становится ощутимее.
Кровь в висках бьется сильнее, ждать больше нет сил и возможности, я бегло осматриваю свою бледную девочку и перекладываю ее на сидение. Она горит. Наподобие лихорадки.
Тварь, я заставлю жрать тебя землю, которую ты будешь копать для своей же могилы.
Достаю пистолет из-за пазухи и выхожу на улицу.
Лица всех присутствующих меняются со скоростью света. Они знаю, кто я, они знают, что я отбитый подонок.
—Фамилия, — кричу, подходя все ближе и ближе.
