Трепет от услышанного переполняет меня, плотно обосновываясь в области груди. Эмоции захлестывают, а обожающий и, как мне кажется, одержимый взгляд, приковывается к моему лицу. —И я хочу получить кое-что из этого…
Опускаю взгляд на его ладонь, где на белой бумаге написана фраза «исполнить любое желание – 1 шт».
—Какое?
—Обещай меня слышать и слушать, не поддаваться эмоциям и в первую очередь говорить о проблемах, а не сбегать, — серьезно шепчет в лицо, пока я кладу похолодевшую ладонь в его руку и сжимаю конечность вместе с подарочным купоном.
—А еще дай мне поблажку...
—Мне кажется, или тут сразу несколько желаний?
—Нет, я сформировал их в одно, мне можно, — хитро улыбается и проводит большим пальцем по нижней губе. Взгляд моментально темнееет.
Мы смотрим друг другу в глаза, и я проговариваю по слогам:
—Обещаю.
Никто тогда не знал, что свое обещание я нарушу и очень сильно поплачусь за это.
************
Мы спешно перебираемся назад в отчий дом, потому что Никита говорит, что так нужно.
Оно и понятно, дом четы Рашидовых в три раза больше, плюс там есть подземный бункер на всякий случай, как всегда говорил отец. Чисто со стороны удобства для обеспечения безопасности наш дом как неприступная крепость. Но зачем тебе крепость, если на тебя никто не нападает?
Я стараюсь не задавать вопросов. Зачем мне это? К чему? И так ведь видно, что моему мужчине тяжело. Напряжение витает в воздухе, а количество охраны с каждым днем увеличивается в геометрической прогрессии.
Скорее всего, просто какая-то шавка возомнила себя главной, обычные вещи. Наверняка это вопрос пары дней.
Но струящийся колкими снежинками холодок по спине все равно заставляет меня вздрагивать.
И вроде я понимаю, что все хорошо будет, с ними, с такими как мой отец и Никита, иначе никак. Сколько раз папа стягивал сюда своих людей, но еще никогда ничего серьезного не было напрямую связано с мамой или со мной. Я понимала, что они все тут не плюшками балуются, но, когда ты растешь в среде криминала, ты подспудно начинаешь воспринимать бандитские разборки как совершенно штатную ситуацию.
Понятно, но…
Червячок сомнения все равно гложет изнутри. Как будто грядет что-то серьезное, я просто начинаю предчувствовать, периодически выхватывая безосновательный страх. Он плотными щупальцами сжимает шею.
С Никитой мы возвращаемся к исходной точке, где у меня появляется абсолютно упадническое настроение, бороться с которым точно не получается.
