– Я знаю тебя лучше, чем тебе кажется.
Резко развернувшись, он пристально посмотрел на нее.
– Неужели? Что же ты обо мне знаешь? Ты знаешь, что я воровал, жульничал, лгал? Что ты на это скажешь?
Но она смотрела на него все с той же нежностью. С нежностью и с бесконечным терпением.
Не в силах вынести ее взгляд, он закрыл глаза. Он не мог поверить, что она действительно его любит. Такое просто не укладывалось в голове.
Повернувшись к окну, залитому лунным светом, Конор пробормотал:
– Ты ведь понятия не имеешь, кто я такой на самом деле.
– Так почему ты мне не расскажешь?
Собравшись с духом, он посмотрел ей в лицо, посмотрел в лицо правде.
– Ладно, хорошо. Я admhaim.[24]
– Что ты сказал? – Она посмотрела на него вопросительно.
– Я сказал, что исповедуюсь. Считается, что это полезно для души, верно?
Глава 28
– Все дело было в винтовках, – начал Конор. – Они хотели знать, где спрятаны винтовки. Американские винтовки Шона. Мы тайно ввозили их целых два года, прямо под носом у британцев.
И прятали их по всей Ирландии, сотню тут, сотню там. Мы готовили восстание, понимаешь? У нас имелись даже тайные лагеря для подготовки и обучения бою. Мы тогда не знали, что эту войну нам не выиграть.
Конор говорил очень неуверенно, Оливия поняла: он никому еще об этом не рассказывал."
"– Мы переправили девять сотен винтовок и тысячу комплектов амуниции, прежде чем они схватили нас. Меня с Адамом арестовали при попытке вытащить оружие из поезда. Они бросили нас в тюрьму. А Шона арестовали позднее, уже в Дублине.
Кто-то нас предал, но мы так и не узнали, кто именно.
Оливия слушала затаив дыхание. Ей казалось, что она сумеет излечить душевные раны мужа, если узнает, что с ним произошло.
– Нас судили, – продолжал Конор. – Но оказалось, что Шон уже давно что-то заподозрил. И, опасаясь предательства, умудрился достать винтовки из поезда еще до нас. Он пытался дать нам знать, что оружие уже не в поезде, но его человек не смог вовремя связаться с нами. Как бы то ни было, британцы не смогли найти оружие, и им оставалось лишь обвинить нас в попытке ограбления.
Нас отправили в тюрьму Маунтджой.
Конор прошелся по комнате, затем, усевшись в кресло, продолжил рассказ:
– Где спрятано оружие, знали только трое: Шон, Адам и я. Но от Шона толку не было; они знали: он ни за что не заговорит. Он уже побывал во многих тюрьмах, наш Шон, и британцы понимали, что его им не сломить. Так что его они сразу же убили. Прямо на глазах у нас с Адамом.
