Не такого, привычно-оценивающего, когда тебя видят в прицел винтовки, а… спокойно-изучающего и чуть-чуть любопытного, что ли. Аккуратно сместившись вбок, понимаю, что окно закрыто плотными жалюзи и рассмотреть что-то с той стороны просто невозможно. Дверь в палату закрыта, да и со стороны входа не видно меня, только часть функциональной кровати и маленький диванчик в углу. Стараясь не двигаться слишком явно и не выдавать свои мысли изменившимся дыханием, бросаю взгляд в угол. Там, возле диванчика и какого-то непонятного низкого столика, находилось… висело… одним словом, располагалось большое дымчатое пятно.
Уже не таясь, я уставился на пятно, которое и не думало куда-то исчезать или казаться плодом моего воображения. Более того, чем я пристальнее смотрел на него, тем яснее проступали контуры фигуры человека, появились глубина и объём. Теперь в пятне я мог отчётливо рассмотреть фигуру молодой девушки, но не в белом балахоне, как можно было бы подумать, и даже без косы в руках, без черепа и маленькой свечки… девушка со строгой причёской и заколотыми наверху волосами, только пара тёмных локонов спускалась вниз на бледное лицо.
Она была одета немного странно, по моде девятнадцатого века. В глаза бросились белоснежная блузка с воротником-стойкой, каким-то шнурком на шее, длинная тёмная юбка. Девушка, казалось, внимательно смотрит на Светку, хмурится и о чём-то размышляет, не обращая внимания на меня.
Я смотрел на неё во все глаза, думая о том, как так вышло, что мне подобное чудится.
Не выдержав, тихо поинтересовался:
— Я сейчас сплю? И мне всё это снится?
Глава 8. Светлана или Сюзанна?
Глава 8. Светлана или Сюзанна?
Я подался ближе к незнакомке и рассмотрел её глаза, ямочки на щеках, соболиные брови вразлёт и чуть большеватый рот, придающий особый шарм странному призраку. Девушка, явно по какой-то старой привычке, поправила выбившийся из причёски тёмный локон и уставилась на меня с нескрываемым интересом, словно увидела некое потрясающее явление.
— Прошу прощения, сударь! — начала она, наклонив голову и неуверенно улыбнувшись при этом. — Правильно ли я понимаю, что Вы меня видите?
Я не нашёлся, что ответить на это, только согласно закивал головой. Затем, откашлявшись и мысленно посоветовав себе крепче сжать булки, всё же выдал:
— Да, я Вас вижу… достаточно отчётливо. Но, отчего Вы так одеты? — после чего руками показал, как именно странно она одета. С моей точки зрения, разумеется.
