Ройс отправился гулять в лесу, чтобы прояснить мысли после шумной семейной вечеринки.
Как быстро папка в ее телефоне заполнилась снимками Анны и Мэри. Хроника их первых недель жизни. Она на мгновение задержалась на фото Анны и Мэри в детской коляске-санях; позади них стоял Ройс, выглядя как защитник. У нее сжалось сердце. Все ее рассказы и признания о том, что она чувствует, став матерью, лишь сильнее сблизили их. Ройс не из тех, кого она легко вычеркнет из своей жизни.
Везде, куда бы она ни посмотрела, были видимые материальные следы их совместного проживания.
Он поставил свой глобус на книжную полку рядом с картой Аляски, принадлежавшей бабушке Наоми. Его перчатки лежали рядом с комбинезонами и шапками близнецов. Везде напоминания о нем.
Наклонившись вперед, она взяла с ручки двери его футболку и вдохнула его запах. Ей никогда не забыть Ройса.
Прощаться с ним будет непросто. Ей по-прежнему придется видеть его на работе, а значит, она обречена на страдания."
"Ох, куда подевалась ее сила воли и боевой дух?
Она снова понюхала его футболку, и ее тело ожило, просыпаясь от усталой дремоты последних шести недель.
Ее потребность в Ройсе появилась снова, потому что ее тело восстановило чувственность.
Ни одного другого мужчину она не хотела так, как хотела Ройса.
Пусть у нее нет с ним будущего. Они оба слишком изранены прошлыми потерями. У обоих очень много горьких воспоминаний. Но она может использовать по максимуму неделю, которая у них осталась, а потом начнет новую жизнь.
Ройс думал, что ему будет чертовски трудно приблизиться к Наоми за неделю, оставшуюся до гала-вечеринки.
Смотря на дорожку из лепестков роз, ведущую через гостиную в ванную комнату, он понимал, что Наоми его опередила.
Он понятия не имел, почему она передумала и решила снова спать с ним. Но он не собирался спорить с ней.
Ожидание усиливало его желание. Сняв куртку и сапоги, он пошел по дорожке из лепестков. Прежде чем раздеться полностью, ему хотелось услышать, как Наоми скажет ему о своих намерениях.
Он постучал пальцами по приоткрытой двери.
Войдя внутрь, он услышал тихую джазовую музыку.
Пар заполнял душевую кабину, через стену которой просматривался сексуальный силуэт Наоми. В ванной комнате был зажжен небольшой каменный камин.
– Присоединишься ко мне? – спросила она.
Да, черт побери.
– Где дети? – Он должен все предусмотреть, прежде чем отдаться желаниям.
Наоми провела пальцами по запотевшему стеклу и открыла дверцу.
– Делани присмотрит за ними несколько часов.
