– Она печально улыбнулась. – Она была моей сестрой. Я должна была защищать ее.
– Наоми, ты была еще ребенком. Ты не могла взваливать на себя такую ношу."
"– Я понимаю это умом, но не сердцем. – Она сморгнула слезы. – После гибели Бреанны наша семья потеряла часть себя. Мои девочки никогда не узнают свою тетку.
Ах, черт побери! Забыв о том, что решил держать с Наоми дистанцию, Ройс поставил тарелку на стол и пересел на другой диван. Притянув к себе, он крепко ее обнял. Она не сопротивлялась, а только глубоко и прерывисто вздохнула.
Оба молчали, пока он гладил ее по голове, вдыхая запах ее волос. Каждый вздох усиливал его желание.
Сидя рядом с ней и обнимая ее, Ройс переживал настоящую пытку. Вероятно, он мазохист, потому что даже не хочет заставить себя отодвинуться от нее.
Собирая бутылочки в черный мешок для пеленок с полярными медведями, вышитыми на ручках, Наоми перевела дыхание.
Ройс оказался для нее настоящей находкой. Она управилась с работой быстрее, чем накануне. Но ей надо было выбраться из дома, где они с Ройсом притворяются семьей.
Ее тянуло к нему сильнее с каждым днем.
Но они не могут заниматься сексом. Нельзя возвращать то, от чего она сознательно отказалась.
Она снова подумала о том, что он пытается заменить ею и близнецами свою потерянную семью, и ужаснулась. Нет, ее дети никогда и ни для кого не станут заменой.
Ускорив темп движений, она оглядывала комнату, выясняя, нет ли в ней брошенных игрушек или предметов первой необходимости. В этот момент Наоми действовала почти на автопилоте.
Она едва замечала присутствие Ройса. Или, возможно, старалась его игнорировать, пока он собирал разбросанные вещи.
Он положил руку ей на плечо, и она почувствовала одновременно знакомое и незнакомое тепло. Странное ощущение.
– Эй, Наоми, остановись. Ты сегодня переделала кучу дел.
Он подошел ближе, и мускусный запах его тела напомнил ей о том, как они лежали в кровати и часами занимались любовью. А потом она клала голову на его мускулистую грудь и слушала громкое биение его сердца.
Воспоминание заставило ее двигаться еще быстрее; она подняла с пола подушку и положила ее на диван.
– Я в порядке. Я скоро приеду домой, и мне поможет моя семья.
Она намекает, что обойдется без его помощи?
Ройс покосился на нее, но не заглотнул наживку. Он просто хмыкнул, положил пеленки в сумку, потом убрал планшет, который приносил, чтобы наверстать упущенную работу, пока Наоми кормила детей.
В дверь постучали.
– Войдите! – сказал Ройс.
