Но педиатр сказал, что за девочками всю ночь будет присматривать медсестра, потому что они родились раньше срока и при необычных обстоятельствах."
"Ройс не хотел уходить от Наоми. Несомненно, члены ее семьи могли остаться, но он видел, как отчаянно Наоми отстаивает при них свою независимость. Она вряд ли попросила бы их о помощи. Кроме того, они не знали, что ей действительно нужно.
Поэтому он прогнал ее семью, а сам остался в больнице.
И да, он решил торчать в ее палате, потому что как зачарованный смотрел на сияющее лицо Наоми и слушал ее мягкий, успокаивающий голос, пока она говорила со своими детьми.
Когда Наоми начала клевать носом, медсестра тихо напомнила ей, что она должна отдохнуть.
Ройс помог ей вернуться в палату, а потом наблюдал за ней, пока она спала. Дети были в надежных руках. Кому-то надо было присмотреть за Наоми. Проще всего было уйти, но, черт побери, Ройс хватался за любую причину, чтобы остаться.
Он, конечно же, не сможет долго препятствовать ее общению со своей семьей.
Но пока солнце не взошло, он будет думать, что между ними все иначе.
Она пошевелила ступнями, и он понял, что Наоми просыпается. Он отлично изучил ее в те дни, когда они занимались любовью все ночи напролет. Когда он имел право обнимать и прижимать ее к себе, утыкаться лицом в ее волосы и вдыхать аромат ее шампуня.
Наоми вытянула руки вверх и осторожно села.
– Мои девочки…
– У Анны и Мэри все хорошо. Медсестра сказала, что их скоро принесут.
– Ты вообще спал?
– Немного.
Он отложил планшет в сторону и налил ей стакан прохладной воды.
– Спасибо. – Она отпила воды. – Я уверена, ты работал всю ночь.
Он не стал этого отрицать. Диаграмма, которую он рассчитывал, светилась на экране планшета.
– Ройс, тебе надо отдохнуть.
– Я посплю. Как ты себя чувствуешь?
– Как женщина, рожавшая близнецов в машине.
– Я попрошу медсестру принести тебе обезболивающее лекарство. – Он начал вставать.
– Я пошутила. – Она махнула рукой, чтобы он снова сел.
– Понятно. Я сам еще не очухался после всего, что произошло.
Она вцепилась руками в простыню, посмотрела на Ройса, потом в сторону и быстро заморгала:
– Прости, если эти воспоминания тебе неприятны.
– Я думаю только о тебе и малышках. А ты? – Он коснулся ее руки и стал по привычке поглаживать большим пальцем внутреннюю сторону ее запястья. – Все в порядке, да?
– Ты имеешь в виду гормональный сбой? – Она провела костяшкой пальца под глазами. – Он может серьезно тебе навредить.
