Не обманывало его чутье, пошаливают здесь, надо быть еще зорче, еще внимательнее. Такие стройки, как Карчальско-Тихоокеанская магистраль, приковывают к себе внимание не только всего Советского Союза, но и всего мира. Поэтому здесь имеет первостепенное значение каждая деталь.
Крепко пожал руку Мосальскому:
— Приезжайте, Борис Михайлович. Мы вам поможем. Никуда они не денутся. Так и передайте генералу."
"На несколько минут забежал Мосальский и в редакцию многотиражки. Хотелось повидать Тоню Соловьеву, сказать ей на прощание что-нибудь теплое.
— Уезжаете, Борис Михайлович? И так внезапно?
— Скоро приеду, Тоня. И уж тогда непременно поговорим о поэзии. Мне еще на тоннеле обязательно побывать надо.
— На Аргинском перевале? Вот и хорошо! Там мы, наверное, и встретимся, я тоже скоро туда поеду, меня в длительную командировку пошлют — писать о тоннельщиках.
Постояли в подъезде редакционного домика. Тоня не надела шубки, только платок накинула. Мерзла, но все не уходила.
— Ну, до скорого, Тоня! Мы еще встретимся, обязательно встретимся!
— Счастливого пути!
И Борис Михайлович пошел по тропинке, с улыбкой размышляя о том, что и заядлые холостяки и однолюбы иногда начинают неожиданно для самих себя проявлять необычайный интерес к встреченной где-нибудь на новостройке молодой особе.
..
Нужно было зайти в гостиницу, взять вещи и торопиться к поезду.
Снег был синий-синий. Быстро надвигались сумерки. На небе серебрилась по-зимнему блескучая луна.
КНИГА ТРЕТЬЯ
ГЛАВА ПЕРВАЯ. ВЕСНА В ТАЙГЕ
1
На тоннеле были горячие дни.
Перед тоннельщиками поставлена задача — во что бы то ни стало к Первому мая соединиться двум отрядам, идущим друг другу навстречу. Да! Закончить проходку и торжественно отпраздновать эту победу в первомайские дни.
Должен приехать на открытие начальник строительства Агапов. Тоннельщики готовились обставить праздник со всей пышностью, какую они только смогут создать в условиях отдаленности от центра, в глуши тайги.
Впрочем, сама тайга тоже готовилась к празднику весны.
Склоны сопок, весеннее небо, говорливая Арга переливались нежнейшими оттенками всех цветов, ежедневно появляясь в новых нарядах. Вот стала угадываться, хотя еще не появилась, светлая-светлая зелень на березах — легкие облачка, зеленая дымка. Вот вдруг расцвели какие-то невиданные горные цветы. А ведь еще и почки на деревьях не распустились! Даже Арга стала по-новому греметь на каменных перекатах, а небо нашло новые зеленоватые, сиреневые и светло-бирюзовые тона.
