Она…
– Чертовски одинока, потому что единственный мужчина, которого она хочет, для нее под запретом, – перебил я, протолкнувшись мимо Джеральда в ванную, где достал из кармана его пистолет и полотенцем стер с него свои отпечатки пальцев. – Своим вмешательством в ее личную жизнь ты оказываешь ей дурную услугу. Она знает, чего хочет.
– А ты? – Он с сомнением глядел на меня в зеркало в ванной. – Ты знаешь, чего хочешь?
Да.
Я хочу Эшлинг.
Я встретился с ним взглядом в отражении.
– Ты скажешь ей, что даешь свое благословение встречаться со мной.
Быть со мной. Выйти за меня, – отчетливо произнес я. – Понятно?
Похоже, он был готов меня ударить. Меня удивило и обрадовало, что Джеральд так сильно заботился о своей дочери.
– Она моя кровь и плоть, – процедил он.
– Даже не напоминай. – Я сделал вид, будто меня тошнит. – Слушай, мне не нужны твои грязные деньги. Я намерен ухаживать за ней и прикасаться к ней – часто и самым неприятным для тебя способом, – и я хотел бы делать это открыто. Она заслуживает, чтобы ее водили на ужины в рестораны и возили в отпуска.
Всего того, что я не могу дать ей втайне. Следуй плану, или тебе же хуже. Выбор за тобой.
– У меня тоже есть условия.
Я положил пистолет на край раковины, повернулся и сложил руки на груди.
– Давай послушаем.
– В скором времени я вернусь в поместье Эйвбери-корт, чтобы вкратце рассказать Джейн и Эшлинг обо всем, что мы с тобой обсудили. Все факты. Ты не станешь отрицать случившееся. Признаешься, что вмешивался в нашу жизнь.
Отравил меня. Обнародовал эти мерзкие снимки.
Это показалось мне вполне справедливым.
– А еще вернешь мне мои запонки. Мою фамильную ценность.
Я ответил коротким кивком.
– Это все?
– Нет. Еще кое-что. Если обидишь ее… – Он замолчал и покачал головой, прогоняя ужасные образы, возникшие в его голове.
– Я не причиню вреда твоей дочери.
– Уже жалею об этой сделке.
Я развернулся и ушел, оставив его одного.
Теперь нужно решить только один небольшой вопрос.
Добиться того, чтобы ненависть Эшлинг, сравнимая с жаром миллиона чертовых солнц, исчезла.
Тринадцатая
Эшлинг"
"– Как думаешь, с ним все хорошо? Может, стоит вызвать полицию? – Мама разорвала лежащий на цветастой тарелке круассан на малюсенькие кусочки, полностью уничтожив несчастную выпечку. – Моя прическа нормально выглядит?
Я сидела напротив нее и смотрела в тарелку с овсянкой так, будто та чем-то страшно меня обидела. Я не хотела, чтобы athair сам разбирался с Сэмом, но он настоял.
