И уже обиженно бубню:
– А ну, поддайся, – прошу его, прекрасно зная, что у меня не выйдет сдвинуть его и на пару сантиметров.
И ведь слушается. Спокойно ложится на спину, выгибая ожидающе бровь. А я делаю то, что приказывает мне мой воспалённый мозг. Сажусь на мужчину сверху, одёргивая халат.
– Ого, – ошеломлён моими действиями. Я бы сама удивилась. Но мне плевать. – А у тебя все пробуждения такие? Если да, то я готов снова уложить тебя спать.
Смотрю на мужчину сверху вниз и не могу налюбоваться. Мамочки, какой он всё-таки у меня красивый.
А какой твёрдый… Сижу на нём, как на каменной лавочке. Касаюсь пальчиками груди, чувствую напряжение, но продолжаю трогать его, соскучившись.
Кажется, у меня жар. И, видимо, это я заразила Аришку, так и не вылечившись.
– Нет, – тихо и сипло выдаю. – Я собираюсь устроить допрос. Важный для нас обоих.
– Я внимательно тебя слушаю, – от тембра его голоса мириады мурашек рассыпаются по всему телу.
Его рука взмывает в воздух, ложится на бедро.
Делает ещё хуже.
Закусываю губу и с трудом сдерживаюсь, чтобы не поменять курс её ласк. Направить прямо под халат.
Кожа от прикосновений становится настолько чувствительной, будто Назар трогает меня за соски, а не за ляжку.
Так!
Никакого секса!
Во-первых, мы опять толком не поговорим!
Во-вторых, у меня ребёнок за стенкой!
– Вопрос первый, – веду ладонями по его телу, делая лёгкий массаж. И ему приятно, и у меня возможность полапать его имеется… Чуть-чуть жамкаю, проверяя. Моё.
Родное. – Ты тогда серьёзно сказал, что наигрался со мной?
Вижу, как в синих глазах вспыхивает недружелюбный и в то же время виноватый огонёк.
– Извини. Я не должен был говорить это...
Всё внутри скручивается в узел от напряжения. И от его слов, как от резкого рывка, узел развязывается. Дарит облегчение, спокойствие.
– Я сказал тебе их специально. Чтобы ты ненавидела меня и потом ни за что не вернулась в мою жизнь.
– Почему? – выдыхаю.
Легче становится. Намного.
Назар со мной не играет.
И это для меня… главное.
– Чувствовал себя виноватым, – сжимает челюсти так крепко, что желваки гуляют по скулам. И даже в таком виде этот мужчина прекрасен настолько, что бесит. – Я был эгоистом. Хотел тебя до ужаса, привязал к себе. Счастья тебе желал, хоть и дать не мог того, что ты так жаждала… Но и отпустить не мог.
Закусываю губу. И мотаю головой.
Ну, хватит на него обижаться.
У нас ребёнок есть.
И, кажется… Скоро второй появится.
