Записка, которую Мэг послала ему через Сару и в которой просила прийти, чтобы решить, что делать, оставалась без ответа до сегодняшнего дня, и только рано утром ей передали послание, в котором была лишь одна небрежно написанная строчка: «Венчание назначено на 9 часов», – и ни единого слова больше. Ей стало понятно, что Харт в бешенстве.
Ранним утром к Мэг приехали Сара и Кассандра. Джейн уклонилась, объяснив это тем, что говорить что-то приятное не в состоянии, а сидеть с угрюмым видом – не хочет, чтобы не усугублять ситуацию.
Мэг поняла ее чувства.
Люси приезжать запретили, однако герцогиня не испытывала ни малейших угрызений совести за свои действия и даже предложила, чтобы ее муж, умудренный опытом и обладающий связями, помог Харту быстро получить разрешение на брак.
Вот так и вышло, что первыми увидели Мэг в свадебном наряде бледно-персикового цвета, с прической, украшенной белыми бутончиками роз, Сара и Кассандра. Все утро подруги с трудом сдерживали слезы, и Кассандра попыталась их приободрить:
– Разве не чудесно, что вы наконец породнитесь?
В ответ Сара вымученно улыбнулась, а Мэг не сумела: желудок завязывался в узел, стоило ей вспомнить лицо Харта.
Что сказать ему? Что сделать? На короткое мгновение она представила, как хватает его за руку, и они вместе убегают из-под венца. Так она сможет избавить его от нежеланного брака, а потом просто оставит в покое. Так она думала до тех пор, пока не увидела, как он стоит в гостиной с каменным лицом и с прямой, словно шомпол, спиной.
Вся ее храбрость тут же испарилась. Церемония венчания прошла для нее как в тумане, лишь время от времени всплывали слова, которые нужно было повторять вслух, да не покидало ощущение мучительного беспокойства.
Когда все закончилось, клятвы были произнесены и скреплены, Харт отвернулся и вышел из гостиной, даже не взглянув на нее.
Глава 32
Это неприлично – пить много шампанского по утрам, но Мэг и не хотела вести себя прилично.
Свадебный завтрак начался сразу после венчания, однако она не могла проглотить ни кусочка. Харт как изваяние сидел рядом и явно не испытывал никаких душевных терзаний: пил и ел с таким видом, будто ничто другое его не волновало, и беседовал с герцогом Кларингтоном и лордом Беркли, совершенно не обращая внимания на свою жену, будто она пустое место. Жена! Само звучание этого слова заставляло ее задыхаться, желудок стягивало в тугой узел.
